За неделю до свадьбы в город начали прибывать гости со всей Европы и Ближнего Востока. Улицы Прованса наполнились экзотическими нарядами и незнакомыми языками, что вызывало у местных жителей смесь любопытства и настороженности.
Пророк организовал серию культурных мероприятий: выставки искусства, музыкальные концерты, поэтические вечера, где представители обеих культур могли познакомиться с традициями друг друга.
Накануне свадьбы принц и Айша встретились в саду дворца. Несмотря на усталость от подготовки, их глаза сияли от предвкушения.
— Завтра большой день, — сказал принц, беря Айшу за руку. — Вы не жалеете о своём решении?
Айша улыбнулась:
— Ни на мгновение. Эти недели были трудными, но они лишь укрепили мою уверенность в правильности нашего пути.
Принц нежно поцеловал её руку:
— Вместе мы сможем преодолеть любые препятствия.
Пророк, наблюдавший эту сцену издалека, чувствовал гордость за своих подопечных. Он понимал, что завтрашний день станет не просто свадьбой двух людей, но и символом нового этапа в истории королевства.
Когда солнце начало опускаться за горизонт, весь город, казалось, затаил дыхание в ожидании завтрашнего дня. Свадьба принца и Айши должна была стать не просто торжеством, но и испытанием для всего королевства, проверкой его готовности к переменам и новому будущему.
Утро свадебного дня выдалось ясным и солнечным, словно сама природа благословляла этот союз. Город проснулся рано, улицы были украшены цветами и флагами обоих государств.
Церемония началась в полдень. Сначала состоялось венчание в главном соборе Прованса. Айша, одетая в роскошное белое платье с элементами восточного стиля, вошла в храм под руку с Пророком, заменившим ей отца. Принц ждал у алтаря, его глаза сияли от восхищения.
Архиепископ Прованса провёл церемонию на латыни, а затем повторил ключевые моменты на французском и турецком языках. Когда молодые обменялись кольцами, по собору пронёсся вздох облегчения и радости.
После христианской церемонии процессия направилась в специально подготовленный дворцовый сад, где должен был состояться никях — мусульманский обряд бракосочетания. Здесь Айша сменила платье на традиционный восточный наряд, расшитый золотом и драгоценными камнями.
Имам, прибывший из Стамбула, провёл обряд на арабском языке, а затем повторил его на турецком и французском. Принц произнёс «кабул эттим» («я согласен») трижды, подтверждая свою готовность взять Айшу в жёны.
Кульминацией церемонии стал момент, когда принц и Айша вместе посадили молодое оливковое дерево — символ мира и единства между их народами.
После официальной части начался грандиозный пир. Столы ломились от блюд обеих кухонь: здесь были и прованские деликатесы, и османские сладости. Вино лилось рекой, но для мусульманских гостей были приготовлены безалкогольные напитки.
Музыканты из обеих стран сменяли друг друга, создавая удивительное слияние восточных и западных мелодий. Танцоры в ярких костюмах развлекали гостей, демонстрируя как традиционные провансальские, так и османские танцы.
Пророк произнёс трогательную речь, в которой подчеркнул историческую важность этого союза и выразил надежду на мирное и процветающее будущее для обоих народов.
Ближе к вечеру принц и Айша покинули празднество и уединились в своих покоях. Выйдя на балкон, они увидели, что весь город освещён праздничными огнями, а на улицах продолжается народное гуляние.
— Смотри, — сказал принц, указывая на толпу внизу, где алемаецы и турки вместе танцевали и веселились, — кажется, наш союз уже начинает приносить плоды.
Айша улыбнулась:
— Это только начало, мой принц. У нас впереди целая жизнь, чтобы сделать наши народы по-настоящему близкими.
Они нежно поцеловались, скрепляя свой союз не только перед людьми, но и перед звёздным небом, раскинувшимся над Провансом.
Пророк, наблюдавший эту сцену издалека, чувствовал, что его миссия близка к завершению. Он воспитал достойного наследника и помог создать союз, который мог изменить ход истории. Теперь будущее было в руках молодых, и он верил, что они справятся с этой ответственностью.
Свадебные торжества продолжались ещё несколько дней, постепенно превращаясь в масштабный загул по всей стране.
Пророк стоял на высокой башне дворца, его силуэт четко вырисовывался на фоне звездного неба. В руке он сжимал свиток — демонический контракт от Инферно. Пергамент словно пульсировал тёмной энергией, обещая неограниченную власть и могущество тому, кто его подпишет.
Взгляд Пророка был устремлен на ночной Прованс, огни которого мерцали внизу, как россыпь драгоценных камней. Он думал о своём воспитаннике, о принце, которого вырастил как собственного сына. О мальчике, ставшем мужчиной, правителем, и теперь — мужем.
Сомнения терзали душу Пророка. С одной стороны, контракт мог дать принцу силу, необходимую для защиты королевства и реализации всех его благородных планов. С другой — цена этой силы была невообразимо высока.
