«Идиот», — проговорил про себя Саске, качая головой, и направился обратно на балкон. И вправду: его майка висела на верёвке, протянутой от одного угла к другому, где-то с краю. Сакура будто специально хотела, чтобы он её не нашёл. Усмехнувшись себе под нос, мужчина воспринял это по-своему: вообще-то, Сакура должна была давно привыкнуть к виду его обнажённого торса. Саске искренне надеялся, что девушка не заметила его ухмылки уголком губ: он направился в гостиную, чувствуя, что дым от сигарет всё-таки сюда впорхнул, когда он курил. На кухне что-то жарилось, и мужчина, улыбнувшись, направился туда, натянув быстро на тело майку.
Когда он вошёл в кухню, то заметил, что девушка стояла у плиты, слегка склонив голову. Задумчивая, она то и дело поправляла свои волосы, откидывая их за спину, и Саске улыбнулся только этому. Было приятно видеть её такой заботливой, домашней: то и дело лопаткой она поправляла омлет, скворчащий на сковороде, и Учиха лишь тяжело вздохнул. В небольшой, но довольно уютной кухоньке аппетитно пахло свежеприготовленной едой, и Саске понял, что очень хочет есть. Он прошёл к белому небольшому столу, опустившись на мягкий диванчик, и посмотрел на Сакуру. Свободная футболка делала её ещё более стройной — никогда бы никто не догадался, какая фигура была у Сакуры на самом деле. Трикотажные шорты плотно облегали округлые ягодицы, и взгляд Учихи падал на стройные ноги. Одну она завела за другую, и выглядело это как-то маняще, кокетливо и вместе с тем очаровательно. В этих её движениях, которые она делала неосознанно, была пылающая юность, и каждый раз, когда мужчина всматривался в её фигуру, он замечал, что Сакура была ещё будто бы и совсем невинна.
— Ну, и как я себя вчера вёл? — поинтересовался он, слегка улыбнувшись.
Сакура задумалась, улыбнувшись себе под нос, не поворачивая головы. С Саске можно сыграть неплохую шутку: чего скрывать, Харуно была обижена на своего друга за то, что тот, так сказать, и вправду «закинул за воротник». Нет, это было далеко не в стиле Учихи — Сакура это знала, а потому видеть его подвыпившим было немного непривычно и дико.
— Если бы не Сасори, мы бы тебя не вытащили, — покачала головой Сакура, медленно повернувшись к нему. Всё её лицо выражало полнейший страх за то, что произошло. — А ты не помнишь?
Саске принялся вспоминать. Он помнил, как вытащил Сакуру из рук того извращенца, а потом… Кажется, они мило беседовали, а потом сели в такси. Впрочем, Саске не надеялся на свой мозг: будучи с похмелья, он вряд ли мог принести ему что-то более-менее адекватное. Судя по всему, лучше было довериться Сакуре, и Саске, на свою голову, сделал именно так. Однако, как уже говорилось раньше, все действия, начинающиеся со слов Сакуры «надо бы уже», никогда не приводят ни к чему хорошему и положительному.
— Откуда не вытащили? — нахмурился мужчина, недоумённо посмотрев на девушку, а после усмехнулся, подперев голову рукой и потерев заднюю сторону шеи. — Да где я помню-то? Я не помню, сколько выпил вчера…
«Отлично», — решила про себя Сакура, мысленно пританцовывая на месте. Будет совсем-совсем не плохо пошутить над Саске, чтобы в следующий раз не было подобного. Посмотрев на Саске снова, но всё же краем глаза следя за омлетом на сковородке, она пожала плечами.
— Из клуба, — вразумила его девушка, сказав это так, будто это было в порядке вещей. — Сначала тебе позвонила мама, как мне потом рассказал твой друг. Потом Итачи, отец, — она отложила лопатку, выключив омлет, и принялась загибать пальчики. — За каждого ты поднимал рюмки. Потом ты поплелся танцевать. Приставал к каждой девушке, орал на весь клуб, что я тебя отшиваю. А пото-о-ом…
Она покосилась в сторону омлета, вытаращив глаза, будто бы переглянулась с едой на сковородке. Казалось, даже омлет бунтовал сейчас против Учихи. Тот, тяжело вздохнув, скрестил руки на столе и уронил на них голову. Саске был склонен очень доверять Сакуре: он знал её больше десяти лет, а потому она для него, пожалуй, была самым честным человеком. Учихе поистине стало стыдно: неужели он мог вести себя так по-свински? Тем более клеиться к какой-то неизвестной девушке, когда она, судя по выражению лица Сакуры, этого не хотела. Кричать на весь клуб о своих личных переживаниях — удел пьяницы, а не Учихи Саске. Щёки налились румянцем — ещё никогда Саске не чувствовал себя так унизительно.
— У-у-у-у… — Сакура только приоткрыла губы, как Саске протянул это, покачав головой и закрыв лицо руками. — Спасибо хоть, что не бросила там в таком состоянии. И спасибо, что не притворилась, что я не с тобой…
Сакура в его глазах предстояла настоящей героиней, и девушке это нравилось. Она, сдерживая смех, покачала головой, с наигранным укором посмотрев в окно.
