- Семья дарит отдельно. Стрекоза любит тебя, значит, ты тоже семья, - пожал плечами Йен, забирая подарок и критически осматривая голову подростка. – Помочь? Помню, у меня в детстве было адское желание остричь всё это налысо…
Через пятнадцать минут Питер, одетый и причесанный, стоял перед комнатой девушки. Он чутьём знал, что она читает его мысли, но не торопит. Ждёт, когда сам созреет и постучит.
Наконец, парень собрался с духом и, выдав произвольный ритм, открыл дверь.
Аврора сидела перед зеркалом и пыталась застегнуть цепочку. Она явно нервничала, пальцы соскальзывали с маленького замочка, и это почему-то придало Пауку уверенности. Он подошёл и аккуратно перехватил тонкое плетение из холодных пальцев.
- Золото? – чуть охрипшим от собственных переживаний голосом спросил Питер.
Она принципиально не носила жёлтый металл, всегда только серебро.
- Дед настоял. Фамильные украшения.
Ава боялась, что не понравится ему. Что будет выглядеть слишком взрослой. Что ему будет некомфортно среди такого количества незнакомых людей. Что он поймет, что не хочет больше иметь ни с чем подобным дела.
Она, очевидно, просто не видела себя в зеркале, хоть и сидела напротив.
Рыжие волосы были забраны наверх в какую-то хитрую прическу, создающую ощущение лёгкости и невозможности, чтобы это было сотворено человеческими руками. Пряди переплетались с тонким золотым шнуром, а спереди сверкала ажурная диадема в виде лозы зелёного плюща.
Питер подал ей руку и помог подняться. Каким-то будто не своим взглядом осмотрел красавицу перед собой. Насыщенно-зеленое платье с золотой вышивкой по правому рукаву оставляло вторую руку открытой и почти неприлично обтягивало фигуру, делая акценты на груди, талии и бедрах, и расходилось у коленей. На шее сверкало ожерелье – тоже лоза плюща.
Шатен посмотрел в зелёные глаза, которые начали будто светиться, умело подчёркнутые цветом платья и украшениями, и почувствовал, что земля уходит из-под ног.
- У меня нет слов, я… Никогда никого красивее не видел.
Аврора слегка покраснела и опустила голову, чтобы скрыть это. Макияжа, как заметил Паркер, почти не было.
Это просто была она – настоящая и естественная.
Его.
Идеальная.
Впрочем, не одна Ава сегодня превзошла саму себя. Черный костюм-тройка явно дизайнерского происхождения с белой рубашкой и… почти черным, но с заметным зелёным отливом платком, завязанный красивым узлом. Непослушные кудри аккуратно зачесаны вбок и назад, открывая широкий лоб и ту самую левую бровь «с хохолком».
- Я, кажется, снова в тебя влюбилась, - прошептала девушка, машинально поправляя узел.
- Это хорошо, потому что у меня-то вообще никаких шансов против тебя.
- Идём… Если я тебя сейчас поцелую, то праздник пройдет без нас, - серьёзно проговорила Маклауд.
Паркер только кивнул.
***
Праздник шёл своим чередом. Именинник и Роберт с женой, как старшие в семье, встречали гостей. Средний Йен провожал их до главного зала, где передавал с рук на руки самой младшей в семье - внучке, которая уже помогала в рассадке. Питер, как ни странно, тоже не остался без дела: его примечали пожилые дамы, изъявлявшие желание, чтобы их устроил «этот очаровательный юноша». Дамы были безобидные и в чём-то даже смешные для Человека-паука, не привыкшего к подобным раутам, поэтому он, конечно, никому не отказывал.
- «Такой милый мальчик… Такой прелестный… Ох, вот будь я лет на сорок помоложе…» - процитировала Аврора чьи-то мысли, когда они все, наконец, сели за стол в виде буквы П.
- Ты просто завидуешь, - задрал нос кверху парень, и оба улыбнулись. – Я прелестный, а ты нет…
- Цыц, молодежь, - шикнул на них Йен. – Питер, поздравительную речь у шотландцев-горцев говорит мужчина. Так что сиди, думай. Подарок вручит Ава.
- Йен, может, всё-таки я?.. Питер… – начала девушка.
- Традиция, стрекоза, - строго глянул на неё дядя.
- Справишься?! – посмотрела она на побледневшего Паркера.
- Попробую, - кивнул он с задержкой.
- Я верю в тебя!
Торжество шло, гости ели и пили, и страшный момент вручения подарков и произнесения поздравления неминуемо приближался.
Вот встал Роберт, и его слова, сказанные звучным голосом, весомо падали в тишине зала. За ним поднялся Йен, выбравший формой поздравления больше шуточно-ироничную, чем серьезную, как брат. Тормонд Маклауд с удовольствием и благодарностью смотрел на сыновей, принимая подарки и искренне радуясь каждому.
Настал черед Питера, и ему показалось, что темно-зеленые глаза главы клана насмешливо сверкнули. Шатен на секунду обернулся к Авроре и увидел на её лице абсолютное спокойствие. Она ни секунды в нем не сомневалась. В душе вдруг разлилось тепло и чувство равновесия.
- Если честно, никогда раньше не участвовал в таких праздниках, - со смущенной улыбкой поднялся парень. – В день рождения принято обычно что-то желать, но я бы хотел поблагодарить вас, глава Маклауд. За тёплый душевный приём. За то, что мне довелось увидеть столько красоты в Данвегане и на острове Скай. Но особенно мне хотелось бы поблагодарить вас за Аврору. Как сказал Линкольн: «Лишь благодаря моим предкам я тот, кто я есть». И поэтому – спасибо!
