Я вся покрылась мурашками — но не такого рода, которые возникали обычно при мыслях о Хантере. Честно говоря, у меня даже не хватило энергии на то, чтобы расстроиться. Единственное, что я смогла сделать, это проглотить две таблетки жаропонижающего и снова забраться под одеяло.
У меня получилось заставить себя официально отменить наше свидание только после того, как днем мне написал Хантер.
Хантер: Надень сегодня что-нибудь погорячее.
Меня накрыло волной разочарования. Вот, как все закончится. У нас даже не вышло красиво расстаться.
Пока я набирала ответ, у меня болели даже подушечки пальцев.
Наталия: У меня такая температура, что горячее, кажется, быть уже невозможно. Прости. Видимо, я заразилась от Иззи.
Хантер: Черт. Сочувствую. Тебе что-нибудь нужно?
Наталия: Есть волшебная таблетка, чтобы мне стало лучше?
Хантер: Я сдержусь и не стану говорить, что у меня есть нечто другое, что тоже можно взять в рот и отчего тебе станет лучше.
Я улыбнулась и покачала головой.
Наталия: Да, хорошо, что ты сдержался…
После этого он замолчал. В любой другой день я бы еще долго анализировала нашу переписку, но, к счастью, сегодня на это просто не было сил. Болезнь так вымотала меня, что я снова уснула и спала до тех пор, пока меня не разбудил домофон.
Закутавшись в одеяло, я поплелась к двери.
— Кто там?
— Это я, — раздался голос Хантера. — Закончил пораньше, чтобы принести тебе суп.
Мне захотелось броситься к зеркалу, стереть остатки вчерашнего макияжа и умыться, но вирус велел мне заткнуться. Нажав на кнопку, чтобы открыть дверь в подъезд, я прислонилась к стене и стала ждать, когда поднимется лифт.
Когда я увидела, как Хантер шагает по коридору, мое тело, несмотря на болезнь, сразу же пробудилось. На нем были джинсы и рубашка с рукавами, закатанными до локтей. И рабочие ботинки, которые мне так нравились. Еще он нес пакеты.
— Судя по всему, ты прямо со стройки? — глядя на его обувь, спросила я, когда он зашел.
— Нет. У меня была встреча с клиентом, потом встреча в строительном департаменте. А эти ботинки я надел, потому что они тебе нравятся.
— Как догадался?
— Я же наблюдаю за тобой. — Он поцеловал меня в лоб. — Именно так я узнал, что тебе нравится, когда я, находясь в тебе, зажимаю твои руки над головой.
Господи, неужели меня так легко считывать?
— А что еще мне нравится?
Хантер ухмыльнулся.
— Когда я провожу языком по твоим ключицам. А еще тебе страшно нравится, когда я рассказываю, что с тобой сделаю, хоть ты и не хочешь признавать, что любишь, когда я говорю, что тебя очень сладко лизать.
Я разинула рот. Он попал в яблочко. Я не любила пошлости, но что-то в том, как Хантер произносил их в порыве страсти, невероятно меня возбуждало. Но конечно признавать это я, как он и сказал, не хотела.
Я покачала головой.
— Так что ты здесь делаешь?
Он приподнял пакеты.
— Принес припасы.
— Но ты заразишься.
— Однако я готов рискнуть. А теперь давай устроим тебя поудобнее.
В гостиной Хантер велел мне сесть и принялся распаковывать содержимое пакетов.
— Куриный суп, который тебе так понравился, когда мы обедали в том ресторанчике в центре две недели назад.
— Я не голодна.
— Когда Иззи говорит то же самое, ты все равно заставляешь ее есть.
Я насупилась, потому что Хантер был прав.
Он продолжил опустошать пакеты.
— Жаропонижающие, чтобы сбить температуру. Помню, что ты выбросила пустую упаковку, когда Иззи выпила последнюю таблетку. Имбирный эль, потому что эта дрянь становится терпимой на вкус, только когда ты болеешь и пьешь ее с тостами. Кстати о тостах... — Он достал из первого пакета хлеб и перешел ко второму.
Масло, «гаторейд», «терафлю», витамин С, бумажные платочки и четыре DVD. Последним он достал набор для изготовления бижутерии своими руками.
Хантер помахал коробкой.
— На случай, если тебе станет скучно.
— А что это?
Он пожал плечами.
— Какой-то набор для рукоделия, который продавался в аптеке. Подумал, что тебе захочется занять чем-нибудь руки, не вставая с кровати.
Боже, этот мужчина мог одновременно и разбить, и исцелить мое сердце. Я вспомнила, как он однажды упомянул, что его мать рукодельничала, когда болела и не могла подниматься с кровати. Хантер и правда был милым, чутким и заботливым человеком. В том-то и заключалась проблема. Мне было бы гораздо проще попрощаться с тем, кто бросил меня в болезни — с тем, кто был рядом только в хорошие времена. Но Хантер относился к другой породе мужчин, поэтому было трудно воспринимать его только как партнера по сексу.
Я печально улыбнулась ему, надеясь, что он спишет это на мое нездоровье.
— Спасибо за все. Но не стоило…
Он окинул мое лицо взглядом.
