– Зачем тебе? А если приедут те, кто там сейчас хозяйничает? Вряд ли они будут рады отдать нам свой источник питания.
– Тоже интересно посмотреть на них. И потом, я полагаю что нам дадут нормальное сопровождение в рейд, потому перевес сил должен быть за нами. И должен быть достаточно солидный.
– А мне интересно, зачем кто-то перегородил дорогу на Ау. И как они вообще сами проезжают?
– Может там часть баррикады разборная. А может они пользуются другой дорогой, в объезд. Я думаю, что те же бандиты себя ограждают таким вот образом, помечают свою территорию как бы. Тогда они должны быть военным интересны, если это серьезное образование под боком нашей Базы.
– Не обязательно. Пока эти бандиты нам сильно не угрожают. И не факт вообще, что там бандиты – может какие-то беженцы вроде нас себе базу организовали.
– Ну вот и посмотрим, какое развитие получит ситуация. И получит ли вообще. Если это поселенцы, так тем лучше – будем дружить домами. Для нас в любом случае от нашей разведки сплошные плюсы: мы машину крутую нашли, склад с едой нашли, и бандитов – возможно бандитов – тоже почти нашли. Короче, проявили себя с лучшей стороны. Как минимум нас должны повысить в звании, и выдавать на один талон на еду больше.
– А я бы не отказался – проигнорировал мой сарказм Джонни.
– В этом я уверен!
Вот так вот за болтовней мы провели остаток вечера. Ни о чем серьезном думать не хотелось, планировать было пока нечего, да и выпитый алкоголь, пусть и меньше чем полбутылки на двоих, сделал свое дело: хотелось просто спать. На этом и распрощались, и спал я этой ночью как убитый, не видя ни одного сна.
Утром отстоял свою очередь в столовой, закинул несложный завтрак в себя, и отправился в Совет. Уж очень меня распирало узнать, что происходит, и понять, что будет теперь дальше. Мне надо искать жену, и мысль о том, что я в последнее время к этой цели не приблизился меня просто раздражает. Хотя, если разобраться, то все, чем я занимался в последнее время так или иначе способствует воссоединению нашей семьи. Нашел безопасное место, ну или относительно безопасное. Вооружился, получил почти что работу, нашел напарника и товарища, и даже подобрал себе машину под стать нынешней ситуации. Так что всё не так и плохо, только вот очень медленно. И я понятия не имею, в какой ситуации сейчас Аня – может у неё каждый день за десять идет, пока я тут виски пью. Нет, надо ехать, смотреть и искать. И я почти уверен, что знаю, как это сделать.
Дошел до Совета, только зашел вовнутрь как был практически сразу перехвачен тем самым клерком, который встретил меня в вестибюле вчера. Мы поднялись на самый верхний этаж здания, где я раньше никогда не был, и зашли в красивую переговорную комнату, одну стену которой составлял аквариум, теперь совершенно пустой и достаточно неопрятный, другая стена была глухой, ну а на торцевой стене красовался характерный для таких помещений экран для проектора.
Посреди комнаты стоял большой овальный стол коричневого цвета, с красивыми массивными стульями вокруг. На столе была разложена карта, над ней хлопотал мэр, его заместитель фрау Шмидке и ещё двое мужчин, которых я видел впервые. Один из них очень живой, лет сорока пяти – пятидесяти, маленького роста, с заметной лысиной, седыми висками и быстрыми карими глазами. Второй намного моложе, лет тридцати от силы, высокий, чуть ниже меня, стоял и не отрываясь смотрел на карту на столе. При моем появлении только глянул в мою сторону, кивнул на приветствие, и снова стал искать что-то взглядом на карте.
– Приветствую, герр Кранц. С возвращением! Простите, что не встретил вас вчера, были очень срочные дела. Я беседовал с майором, он мне уже вкратце рассказал о том, что вам удалось обнаружить, и я хотел сказать, что это очень важно – и информация о продовольствии, и информация о бандитах. Конечно, я буду рад выслушать лично вас.
Я изложил результаты нашей поездки, без лишних подробностей, но не забыв добавить и то, что нам пришлось немного пострелять. Сказал, что мы нашли новую машину для рейдов, и поставили ее на стоянку. Спрашивать, можно ли ее оставить, счел ниже своего достоинства, да и никто не возражал. Рассказал про вертолетное поле так же, правда не вызвав этим ни у кого интереса – летать тут явно не планировали. Меня слушали все очень внимательно, ни разу никто не перебил. Даже почувствовал себя важной персоной к концу доклада.
– Спасибо. Скажите, а на подъездах к базе… Вблизи Блуденца, во время вашего возвращения, вы ничего и никого не замечали? – это спросил мэр, но ответ на вопрос явно интересовал всех в комнате.
– В общем нет, никого. На автобане, возвращаясь назад, мне показалось, что я заметил движение, вроде как машина, но уходящая в сторону от города, в сторону Лихтенштейна. Правда, сколько я не смотрел потом, ничего так и не обнаружил. Может показалось, тут я не уверен.
– А во сколько это примерно было?
– Примерно в четыре-пять часов вечера. Ближе к четырем все же, наверное. Но повторюсь, я не уверен, что вообще что-то видел.
