Тем не менее, уверен: если бы я мог увидеть, что творится внутри моего тела, то завязать бы мне оказалось легче. Это я говорю не о той шоковой методике, когда курильщику демонстрируют цвет легких другого курящего. Лично мне было ясно видно по моим желтым от никотина зубам и пальцам, что мои легкие — зрелище не особо приятное. Но пока уж они работали, то доставляли даже меньше смущения, чем зубы и пальцы: легкие мои, по крайней мере, никто не видел.
Я говорю о растущем загрязнении артерий и вен, и о постепенно увеличивающемся голодании каждой мышцы и органа в теле от нехватки кислорода и питательных веществ, о вытеснении их ядами и угарным газом (не только от выхлопов, но еще и от сигарет).
Мне, как и большинству автомобилистов, неприятна мысль о грязном масле или забившемся фильтре в двигателе моей машины. Вы можете себе такое представить: купить новенький «Роллс-ройс» и никогда не менять в нем масло или масляный фильтр? Но именно так мы с успехом поступаем в роли курящих.
Сейчас многие врачи связывают все подряд заболевания с курением, включая диабет, рак шейки матки и рак груди. Меня это не удивляет. Табачные компании уже успели вдолбить всем даже тот факт, что медицина ни разу научно не доказала, что курение — прямая причина рака легких.
А наглядная статистика настолько потрясает, что не нужно и доказательств. Мне никогда никто не доказывал научно, что если ударить по пальцу молотком, то будет больно. Я сам очень быстро это понял.
Должен подчеркнуть, я не врач, но, как и в случае «молотком по пальцу», мне вскоре стало очевидно, что моя одышка, мой постоянный кашель, частые приступы астмы и бронхита напрямую связаны с тем, что я курю. И все же, я искренне уверен, что самая высокая угроза курения для здоровья — непрерывно постепенно растущее ухудшение иммунной системы, вызванное этим процессом загрязнения.
Все растения и животные на нашей планете всю жизнь подвергаются нападениям микробов, вирусов, паразитов и т. д. Самое мощное наше оружие против болезней — наша иммунная система. Каждый из нас переживает всякие инфекции и болезни каждый миг своей жизни. Кроме того, я уверен, что каждого из нас всю жизнь донимает рак в некой форме. Но я не верю, что человеческое тело предназначено для болезней, так что когда человек крепок и здоров, его иммунная система сражается и отражает эти атаки. Но как иммунная система может работать эффективно, когда вы обрекаете каждый орган и мышцу на нехватку кислорода и питательных веществ, вытесняя их угарным газом и ядами? Курение не то чтобы вызывает всякие болезни, оно, скорее, действует как СПИД — постепенно разрушает вашу иммунную систему.
Некоторые из вредных воздействий курения на мое здоровье — кое-какими из них я страдал долгие годы — стали мне очевидны только спустя много лет после того, как я перестал курить.
Покуда я вовсю презирал идиотов и психов, которые скорей готовы потерять ноги, чем прекратить курить, мне никогда не приходило в голову, что я сам давно страдаю от атеросклероза. Практически неизменный серый цвет лица я списывал на естественный окрас кожи или на малоподвижный образ жизни. Мне никогда не приходило в голову, что на самом деле всё от закупорки капилляров. С тридцати лет у меня были варикозные вены, которые таинственным образом исчезли, стоило мне перестать курить. Около пяти лет до момента прекращения каждую ночь у меня в ногах было странное чувство. Не резкая боль и не «иголочки», а что-то вроде нервного беспокойства. Моей жене Джойс приходилось каждый вечер массировать мне ноги. И лишь спустя минимум год после того, как перестал курить, я заметил, что массаж мне больше не нужен.
Примерно за два года до прекращения у меня в груди периодически возникали сильные боли, которые, как я боялся, и есть рак легких, — но сейчас думаю, они были от ангины. С тех пор, как я перестал, у меня не было ни единого такого приступа.
В детстве, случалось, у меня сильно текла кровь из порезов. Это меня пугало. Никто не объяснил мне, что кровотечение, фактически, важнейший естественный заживляющий процесс, и что кровь свернется, когда выполнит свое лечебное предназначение. Я подозревал в себе гемофилика и боялся, что умру от потери крови. Хотя позднее в жизни я терпел порезы куда более глубокие, но кровь едва шла. Из раны сочилась вязкая коричнево-красная жижа.
