В следующую секунду ее словно разорвало изнутри. Безудержная волна огня разлилась по венам, выжигая даже самую крохотную способность к сопротивлению. Что-то рвалось наружу, что-то убийственное в своей откровенности. То, что так долго пряталось за замками ее беспамятства, теперь рвалось наружу, нисколько не заботясь, выдержит ли хрупкая оболочка такой напор.
– Ты можешь больше, – как-то подчеркнуто зловеще прошипела ее рогатая копия. – Просыпайся, Уснувшая. Просыпайся, сестренка Тринадцатая, потому что обратный отсчет уже пошел.
Она легко, соблазнительно покачивая бедрами, шагнула в сторону Разлома, но прежде чем скрыться в неряшливо разорванном Мироздании, обернулась, подмигнула – и послала теряющей сознание Марори воздушный поцелуй.
– До скорой встречи, сестренка.
Она исчезла, а Разлом начал медленно затягиваться.
Когда время пустилось галопом, Марори поняла, что валяется на земле и не может пошевелиться. Как будто в наказание за то, что могла двигаться, пока все остальные превратились в замороженные статуи.
«Образец номер тринадцать. Проба первая».
Зацикленная фраза вертелась в голове, становясь все громче и громче.
Перед гаснущим взглядом замельтешили неясные тени. Сквозь монотонную череду слов прорвались звуки громкой ругани, перепалка мужских голосов. Потом чьи-то крепкие руки подняли ее, прижали к груди.
– Не шевелись, – предупредил Марроу как-то слишком обеспокоенно. – Все будет хорошо, малышка.
– Что. случилось? – Она едва держалась за реальность, но чувствовала, что неумолимо соскальзывает в холодную и бесконечную пропасть. Пошарила языком во рту и беззвучно застонала, когда поняла, что клыки никуда не делись.
Эрэлим что-то ответил, но слов Марори уже не расслышала.
– Я тебе кажется уже сказал, чтобы ноги твоей здесь не было, урод небеснорожденный.
– А я тебе сказал, что никуда не пойду, пока не удостоверюсь, что с ней все в порядке. Хочешь меня прикончить, тварь? Валяй, попробуй.
– Даже не представляешь, с каким наслаждением я бы собственными руками разорвал тебе глотку, если б не был уверен, что в итоге ты сдохнешь, а мне снова придется отдуваться за очередного небеснорожденного дохляка.
Марори медленно подняла до боли тяжелы веки. Тусклый свет мягко растекся по зрачкам, вытравливая из темноты серые оттенки.
– Крэйл? – Она не могла ошибиться, хотя его присутствие здесь было бы такой же фантастикой, как и явление рогатой девчонки.
Перепалка оборвалась. Перед глазами замаячила расплывчатая тень. Кровать прогнулась под тяжестью.
– Привет, кусака.
Она несколько раз моргнула, пока его лицо не приобрело знакомые черты.
– Ох, Светлые. – Она попыталась поднять руку, чтобы прикоснуться к длинному темно-красному шраму, рассекающему его переносицу от самого лба, но ничего не вышло. – Больно?
– Ерунда.
Его рука нащупала ее ладонь, сжала.
– Чувствую себя, как труп, которому не дают отправиться в мир иной. – Она сглотнула, повернула голову туда, откуда ее затылок жег пристальный взгляд.
Марроу, скрестив руки на груди, подпирал стену. Несколько секунд он безмолвно ощупывал взглядом ее лицо. Потом с облегчением выдохнул.
– Я подожду за дверью, – сказал он, потом покосился на Крэйла. – Если этот. гмм. твой брат хоть пальцем тебя тронет – кричи.
Ей очень хотелось спросить, в чем причина такой резкой смены отношения, но эрэлим успел выйти раньше.
– Я думал, что придется свернуть ему башку, – проворчал Крэйл, поднялся и отошел к окну. – Как себя чувствуешь?
– Как будто по мне проехались катком. В обе стороны.
Она осмотрелась. Ох, Светлые, однажды она точно так же очнулась неизвестно где и узнала, что умерла – и воскресла другой. Теперешнее пробуждение было настолько похожим, что от страха перед неизвестностью захотелось сунуть голову под подушку.
– Откуда ты здесь?
– Здесь – это в Дра’Море?
– Боги, я снова провалялась без памяти несколько дней?
– Десять, Марори Шаэдис. Десять. Чертовых. Дней.
Она издала нервный смешок. Чтобы не сойти с ума оставалось только насмехаться над очередным «подарком» судьбы.
– А что здесь делает небеснорожденный? Разве им не запрещено появляться в Мараабаре?
– Запрещено, – сквозь зубы процедил Крэйл и прошелся пятерней по волосам. Его правая рука была перебинтована от локтя до самого плеча. – Но он, видишь ли, на особом счету. И Магистр сделал исключение.
– Зачем?
Крэйл в пол-оборота оглянулся на нее, вздохнул.
– Сможешь подняться?
– Если ты поможешь.
Он подставил плечо, приобнял ее за талию.
– У меня клыки, Крэйл, – сказала она ему на ухо. Голос предательски дрогнул, ноги подкосились, и если бы не поддержка шанатар, она бы неминуемо свалилась на пол.
– Я знаю, кусака. И боюсь, это не самый неприятный сюрприз, который тебя ждет.
– Там была девушка. В точности такая, как я. Но. какая-то другая. Я вспомнила. Я – номер Тринадцать.
– Марори.
– Что со мной происходит?
Вместо ответа Крэйл подвел ее к зеркалу на стене. Достаточно большому, чтобы она могла рассмотреть себя почти в полный рост.
Она была уверена, что закричит. Но вопль застрял где-то в районе груди, лишая возможности дышать.
За ее спиной висели призрачные серебристо-белые крылья.
