Ей до жути надоел космос. Она только хотела попасть домой, на Землю. Потому что там осталось место, которое она любила - родительский дом. И право быть самой собой. Она устала все время сражаться за свою свободу, которой играли то пираты, то инопланетяне. Для него жизнь превратилась в пустое существование. Он нарушил обычаи своей расы и поставил под угрозу свой род. Надежды угасли в нем быстро, сковывая сердце болезненным отчаянием.И только Вселенная дала им обоим всего один шанс...
Татьяна Андреевна Зорина дунула вверх, чтобы остудить вспотевший лоб и прилипшую к нему влажную челку. Наконец, проклятая панель, контролирующая дверной замок, поддалась ей и откинулась, обнажив свое нутро, состоящее из проводков, микросхем и блоков. Еще до этого она избавилась от очередного маячка, вживленного ей под кожу. Найти его оказалось задачей нелегкой, но ее упорство было вознаграждено. А еще раньше, достав из швов своего незаменимого комбинезона с кучей накладных, вшитых и потайных карманов и кармашков, шпильку для волос, девушка освободила свои запястья от наручников, предварительно отключив электронный замок, запомнив комбинацию символов, что вводил охранник. Поковырявшись немного с механизмом, блокирующим защелку в замке, она заставила дверь почти бесшумно отъехать в сторону. «Ох, папа! Спасибо тебе за науку», - благодарно шепнула она в пространство, вызывая в памяти родное и добродушное лицо отца.
Перед тем, как выйти в коридор, Таня глубоко вздохнула. Двигалась она максимально тихо, с осторожностью оглядывая закоулки, в которых могли дежурить охранники. Преодолев несколько коридоров и лестниц, узких и широких, темных и ярко освещенных, повернув множество раз то вправо, то влево, девушка увидела широкую входную дверь. За ней располагался ангар, где рядами стоял всевозможный наземный и летающий транспорт. «Мне бы только до глайдера добраться!», - больно билась в голове назойливая мысль.
Из какого-то коридора раздались голоса, и Татьяна была вынуждена укрыться за углом, прижавшись спиной к стене. Когда звуки разговора стихли, девушка осторожно выглянула из своего укрытия и шагнула вперед. А после стиснула от досады зубы - чтобы добраться до двери, ей нужно было пройти вдоль общего столового помещения. Но это полбеды. Самое отвратительное заключалось в том, что вместо глухой стены там почти до самого выхода протянулась прозрачная витрина от потолка до пола. А способностей невидимки земляне, к сожалению, в процессе своего развития еще не приобрели.
Таня прикинула все свои шансы и пришла к унылому умозаключению, что в одном из десяти случаев ей удастся пройти незамеченной, но выхода у нее не было. Выпрямившись, она приобрела самый невозмутимый в мире вид и уверенно зашагала по коридору. Держась дальней стены, она втайне лелеяла надежду, что яркое освещение в столовой затруднит ее опознание.
С самым наглым выражением на лице, она преодолела половину пути, когда над головой замигали красные сигнальные лампочки, и противно запищала сирена. Девушка кисло сморщилась - кто-то обнаружил ее исчезновение. Всего на секунду она повернула голову в
сторону столовой, где заметила, как находящиеся там инопланетяне из расы хоширимцев преспокойно поглощали пищу. А после аж присела, когда по зеленоватому лицу Тала, толи ее похитителя, толи работодателя, - теперь уже и не разберешь - пробежала тень узнавания. Он ткнул в нее сразу двумя из четырех трехпалыми руками и заорал не своим голосом:
- Держи! Хватай ее!
Его вопля было достаточно, чтобы народ внутри всполошился.
Татьяна, рванув вперед, уже стояла у двери. Но та оказалась на кодовом замке. Гадство какое-то! Девушка лихорадочно задергала ручку, стала беспорядочно вводить различные символы, но замок был равнодушен и с мерзким писком оповещал об отказе открываться. Таня в ярости пнула проклятую дверь и готова была завыть от досады.
Не дожидаясь, пока у двери столпится половина базы, девушка резко повернула влево. Она бежала, слыша за своей спиной шум погони. Чтобы создать больше препятствий и завалить дорогу, Таня опрокидывала за собой все стеллажи, стулья и прочий хлам. Снова повернув влево, она выбежала к лестнице. Недолго думая, она, перепрыгивая через две ступеньки, помчалась вверх. Легкие ее рвались от нехватки воздуха, а сердце колотилось так быстро, что, казалось, эхо ударов отдавалось в висках.
- Таня, стой! - орал Тал, ковыляя где-то позади и подбадривая своих наемников. - Держи! Не упусти!
Когда впереди раздался топот охраны, а сзади к ней потянулись руки, Татьяна не сбавляя скорости, перемахнула через перила и прыгнула на лестничный проем ниже. Тяжело приземлившись, девушка закашлялась, но не успела увернуться. Ее быстро настигли, скрутили руки за спиной и повалили на ступени двое мощных охранников. Края ступеней сильно давили ей на грудь и в живот. Мимолетная боль от впившейся короткой иглы в шею и - каждое последующее движение причиняло адские страдания. Татьяна тихо взвыла и замерла. Бхаль. Об этом треклятом специальном препарате даже думать было больно. Его-то ей и ввели. Этим средством частенько пользовались, чтобы усмирить непокорных пленников. Отходить от этой дряни, как на своем опыте уже знала девушка, гораздо хуже и мучительнее, чем просто боль сразу после его введения.
Как же она устала, тоскливо пронеслось в ее мыслях. Таня даже не почувствовала еще одного укола, который погрузил ее сознание в сон...
