Я замираю, член пульсирует глубоко во рту, почти на всю длину. Начинаю ритмично посасывать, беря еще глубже, делая по своему. Пресс Марселя сжимается, хватка крепчает. Его член становится невыносимо напряженным, горячим, как раскаленный камень.
Уши закладывает от биения пульса, звуки гасятся. Слышны только приглушенные стоны Марселя и его хриплые ругательства, смешанные с одобрением.
— Опусти руку между ног, — требует. — Сейчас же…
Я немедленно исполняю приказ. Пальцы утопают в смазке.
Искорки от прикосновений, ласка на его глазах самой себя.
— Ты же умеешь забавляться. Покажи! — в голосе звенит приказ. — Активнее!
Развожу ноги пошире, добавляя огня в ласку на глазах мужчины, двигаю пальцами быстрее и резче, чувствуя, как на каждом прикосновении подбрасывает вверх, как пушинку, гонимую ветром.
— Вот так. Продолжай… Умница… А теперь расслабь ротик. Дай его мне выебать хорошенько!
Ладонь Марселя ложится на шею, поглаживая и расслабляя, потом фиксирует плотно. Вторая ладонь до сих пор на затылке. Получается крепкий капкан, из которого не вырваться.
— Ты мне нравишься… Очень, — говорит он.
Я мигом получаю ту необходимую дозу доверия, которой мне не хватало, чтобы расслабиться полностью, отпустить себя. Я ему нравлюсь… Нравлюсь! Окрыленной себя чувствую, желанной! Не просто девушкой, на которую член стоит… Он мной наслаждается, ощущаю это остро именно сейчас и позволяю ему все, о чем просит.
Сглатываю вязкую слюну, позволяю себе расслабиться. Подняв взгляд, смотрю Марселю в глаза. Он пробует двигаться. Сначала осторожно, потом активнее и резче, взмахами бедер вбивая член мне в рот активнее и быстрее с каждой секундой.
Разогнавшись, он просто вгоняет его между губ мощно и жестко, входит и выходит почти целиком, действуя даже агрессивно немного. Глаза начинают слезиться от такого минета.
— Быстрее, — просит хрипло. — Хочу, чтобы ты кончила с моим членом во рту…
Новые взмахи… По его прессу скатываются капельки пота. Моя грудь колышется от его движений, все тело трясет. Между ногами скапливается жар, стекает прямиком на простынь.
Хлюпает. Чавкает. Звуки, с которыми он имеет меня в рот, накладываются на другие, не менее влажные и громкие.
В воздухе четко витает запах секса.
— Ммм… — стону, чувствуя, как подкатывает, как накрывает.
Выдержать нет сил… Кончаю, сжимаясь вокруг своих пальцев.
Марсель все ще вбивается мне в рот быстрее и быстрее. Думаю, что не хватит сил выдержать это сумасшествие, но потом его освобождение перекрывает мое. Взрыв теплой жидкости, вязкой, с особенным вкусом у меня во рту.
Я глотаю.
— Идеально… Да… — продолжает добивать замедляющими толчками.
Он не отпускает меня долго-долго. Потом Марсель падает на кровать и притягивает меня к себе, обняв.
Его руки на моих плечах, спускаются по спине, успокаивают, разносят негу.
— Как ты?
— Хорошо.
Голос хриплый, будто чужой.
— Было жестко? — уточняет он.
— Это было… очень несдержанно.
— Я буду деликатнее в следующий раз.
— Следующий раз? — округляю глаза в притворном ужасе. — Следующий раз будет только через настоящий сеновал!
Елена
Я думала, мы все время безвылазно проведем в номере отеля или на пляже, как в первый день пребывания — то загорая, то погружаясь в прохладные волны, то прячась от посторонних за хлипкими стенами строения, создающего иллюзорную отстраненность от всех прочих.
Но у Марселя другие планы. После обеда он затянул меня в город на шоппинг, очевидно без причины балуя меня. Я прошу его притормозить, но это не работает.
— Что-то случилось? — спрашиваю у него после очередного захода в магазин.
На этот раз после покупки на моей руке красуется тонкий браслет из золота, с оригинальной подвеской из луны в виде тонкого месяца. Работа изящная, ручная, мое внимание сразу привлекло именно это украшение. Стоило большого труда отговорить Марселя не скупать для меня все работы местного ювелира.
Марсель внезапно хмурится, его лицо темнеет, а глаза становятся глубокого свинцового цвета, совершенно нечитаемого.
— Не понимаю, о чем ты, — отвечает довольно напряженно.
— Ты раньше говорил мне, что я девушка на одну ночь. Простушка деревенская, а сейчас спускаешь на меня деньги, — трясу запястьем с новеньким браслетом. — Будто я — девушка, которую ты хочешь влюбить в себя и очаровать, показывая, какой ты классный.
— Это всего лишь Сочи, — закатывает глаза. — И всего лишь один браслетик. Не раскатывай губу, Шатохина! — добавляет грубовато шутя. — Иначе придется отправиться на поиски губозакаточной машинки.
— Для себя присматриваешь?
В ответ Марсель смеется. Кажется, напряжение мне только показалось… Зачем накручивать себя, когда все настолько классно и здорово? В особенности на контрасте с тем, что мне недавно довелось пережить!
Здорово… Нет, на самом деле здорово, а Марсель рядом — ух, я в него влюбляюсь посекундно все сильнее и сильнее, как кошка. Ог мог бы и не осыпать меня покупками и подарками с ног до головы, я бы все равно им прониклась глубже, чем до этого.
