– Помнишь, пару недель назад меня не было в школе? На следующий день после Дня святого Валентина?
– Угу, припоминаю. Кажется, это был худший день в жизни мистера Чосера, – заметила я. – Я думала, он заплачет, увидев, что некому делать за него его работу.
Тоби коротко рассмеялся и продолжил:
– Я тогда не пришел, потому что у меня было собеседование. – Он достал из внутреннего кармана блейзера большой конверт. – Я подал заявление в Гарвард. И сегодня утром получил письмо.
– Но почему это секрет?
Его щеки порозовели, и это было так мило!
– Не хочу, чтобы надо мной смеялись, если не поступлю, – ответил он.
– Поступишь.
– Пока не знаю.
– Зато я знаю.
– Вот бы мне так верить в себя.
– Да ладно, Тоби, – серьезно проговорила я. – Все великие политики – сенаторы и президенты – учатся в лучших университетах. А тебе суждено стать великим политиком, поэтому они просто обязаны тебя принять. Кроме того, ты один из лучших учеников в выпускном классе. Ведь тебе даже поручили произнести торжественную речь на вручении аттестатов!
– Да, – согласился Тоби, хмуро глядя на конверт. – Но… но все-таки это Гарвард.
– А ты – Тоби, – пожала плечами я. – Даже если не поступишь, есть еще миллион университетов, которые будут счастливы тебя заполучить. Но это не важно, потому что ты поступишь. Так что не тяни и открывай письмо.
Тоби остановился посреди столовой, взглянул на меня и улыбнулся.
– Вот видишь? – сказал он. – Именно поэтому я хотел, чтобы ты была рядом, когда я его открою. Я знал, что ты меня…
Я прервала его.
– Не сомневаюсь, все, что ты скажешь дальше, будет очень здорово, но я на сто процентов уверена, что сейчас ты оттягиваешь важный момент. Открой письмо, Тоби. Даже отказ лучше, чем эти мучения. Тебе станет лучше, если ты его прочтешь.
– Знаю. Я просто…
– Открывай.
Он разорвал конверт, и тут до меня дошло, как все это странно. Он пришел ко мне с такой личной просьбой. Обратился ко мне за поддержкой. За одобрением. Еще в январе я представить не могла, что буду приказывать Тоби Такеру немедленно открыть письмо из Гарварда! В январе я не могла представить, что когда-нибудь заговорю с ним, что уж там.
Боже, как все изменилось.
К лучшему, разумеется.
Дрожащими пальцами он достал листок бумаги из разорванного конверта и начал читать. Я видела, как его глаза пробежались по странице и расширились. От радости? Или от расстройства? А может, от шока? От удивления, что его приняли – или, наоборот, не приняли?
– Ну что там?!
– Меня… меня взяли. – Тоби уронил письмо, и то грациозно опустилось на пол. – Бьянка, я поступил! – Он схватил меня за плечи и крепко обнял.
Вот такого я точно не смогла бы представить в январе.
– Я же говорила, – ответила я, тоже обняв Тоби.
Глядя поверх его плеча, я заметила Кейси и Джессику – те направлялись в столовую. Проталкиваясь сквозь толпу учеников, они увидели, что я обнимаюсь с Тоби. Но отчего-то на их лицах не было радости, которую я ощущала. Джессика казалась грустной, а Кейси… Кейси и вовсе была в ярости.
Но почему? Что с ней такое? С ними обеими.
Тоби еще раз крепко прижал меня к себе, потом отпустил и наклонился, чтобы поднять упавшее письмо.
– Невероятно. Мои родители обалдеют.
Я оторвалась от созерцания своих подруг, растворившихся в толпе старшеклассников, и снова повернулась к улыбающемуся Тоби.
– Если они тебя хоть немного знают, то не обалдеют, Тоби, – ответила я. – Всем уже давно известно, что тебе уготованы великие дела! Я-то знала это еще несколько лет назад!
Тоби, кажется, удивился.
– Лет? Но мы же с тобой только пару недель назад начали общаться.
– Зато с десятого класса ходим на одни и те же занятия, – напомнила я ему. – Мне не обязательно было общаться с тобой, чтобы понять, какой ты классный. – Я улыбнулась и похлопала его по спине. – И ты только что еще раз это доказал. – Тут зазвенел звонок, и я повернулась к дверям, ведущим на ученическую парковку. – Пока, Тоби! И поздравляю!
– Спасибо, Бьянка. И до скорого.
У дверей я подумала, а не сболтнула ли лишнего. Не решил ли он, что я нечто вроде его тайного воздыхателя? О боже. Надеюсь, нет. Еще не хватало отпугнуть бедного парня меньше, чем через месяц личного общения. Это окончательно докажет, что я полная неудачница.
Я уже собиралась толкнуть двойную дверь, ведущую на школьную парковку, как позади вдруг меня кто-то окликнул. Повернувшись, я увидела Кейси. Та стояла, прислонившись к почти пустому шкафу со школьными трофеями и скрестив руки на груди. Выражение ее прищуренных глаз сразу меня взбесило.
– Что такое? – спросила я.
Кейси нахмурилась и опустила руки.
– Ничего, – буркнула она. – Забудь!
– Кейси, что ты…
– Не сейчас, Би. – Она развернулась и пошла в противоположную сторону. – У меня тренировка.
Мои руки сами уперлись в бока.
– Да что с тобой такое? – возмутилась я. – Ведешь себя, как полная сука.
Она замерла и бросила на меня взгляд через плечо.
