В комнату врывается мальчишеский вихрь, сопровождающийся визгами и заливистым хохотом. Пацаны поладили и теперь активно обсуждают какие-то игрушки. Отец быстро снимает с детей куртки, направляя в сторону родителей. Егор забирается на руки к Игнату, отчего друг морщится, видимо, испытывая лёгкую боль, но от предложения Нины снять сына отказывается. Аслан взбирается на приготовленный стул, а вот Дамира мама берёт на руки, чтобы покормить. Лишь Мишка мнётся, застыв между мной и Яной, придирчиво рассматривая содержимое тарелок.
‒ Можно к тебе? ‒ спрашивает, заглядывая пытливыми глазёнками, а я готов растечься от счастья.
‒ Миша, ты прекрасно ешь сам. И на стуле сидеть умеешь. Посмотри на Аслана, ‒ указывает пальцем на племянника, который должен послужить примером.
‒ Мам, один раз, можно? ‒ Яна готова выстоять, не позволив сыну взобраться ко мне на колени, но быстро сдаётся.
‒ Один раз. Не больше.
Мишка с азартом запрыгивает на меня, мостится и успокаивается.
‒ Я есть хочу, ‒ шепчет на ухо. ‒ Можно то, что у тебя? ‒ показывает на тарелку.
‒ Там мясо с острым соусом.
‒ Люблю острое, но мама не разрешает. Говорит, живот будет болеть.
‒ Не будет, если чуть-чуть.
Нарезаю на маленькие кусочки и вручаю Мише вилку. Подкладываю картошку и овощей, которые он с аппетитом уплетает. Племянники тоже активно ужинают, не отказываясь от еды, а матери только это и нужно ‒ готова кормить их круглосуточно.
Постепенно присутствующие оттаивают, вовлекаясь в беседу. Полина, будто сторонний наблюдатель, молчит, плотно сжав губы, потому что разговоры преимущественно о детях. Отец делится достижениями внуков, расспрашивает Нину и Яну, чем увлекаются сыновья. Предлагает жене Красовского варианты секций, на которые можно отдать Егора, расспрашивает о здоровье и запретах, сразу отметает несколько вариантов. Девочки включаются в обсуждение, и спустя время звучит девичий смех. Яна немного расслабляется, ощущая поддержку матери и отца.
Лишь один вопрос не даёт мне покоя: с какой целью Полина появилась в этом доме? По всему видно, желает остаться со мной наедине, чтобы указать причины своего приезда. Глядя на красивую блондинку, осознаю: наступает момент, когда двоим нечего сказать друг другу. Слова становятся не важны, а между вами такая пропасть, что перешагнуть её не представляется возможным, сколько бы усилий ни было приложено.
‒ Я хотел с тобой поговорить. ‒ Мишка прижимается ко мне и шепчет на ухо, опасаясь быть услышанным.
‒ Говори.
‒ Дядя Игнат сегодня пообещал Егору купить робота-трансформера. Нового, большого. Он хочет жёлтого, который в машину собирается. А ещё он с пультом на батарейках, им даже на расстоянии управлять можно и легко собирать.
‒ Ты тоже такого хочешь? ‒ сразу понимаю, к чему ведёт Миша.
‒ Не такого. Я хочу того, который превращается в вертолёт. Он больше и лучше, а ещё такого пока ни у кого нет. Даже у Аслана. ‒ Жду, когда пацан попросит приобрести игрушку, но и тут удивляет: ‒ Попроси маму, чтобы она такого мне купила.
‒ А сам?
‒ Просил. Она говорит, он дорогой, и пока она не может. Ты в прошлый раз обещал, что я скоро увижу Егора и сделал. А сейчас можешь сделать? ‒ Детские глаза смотрят с мольбой, надеясь на положительный ответ.
Пообещать ‒ значит выполнить, никак иначе. Вряд ли Яна отступит от принятого решения и согласится на покупку. Но вариант всё же имеется.
‒ Поговорю. Сегодня.
‒ Спасибо, ‒ прижимается, обвивая ладошками мою шею. ‒ Ты только скажи маме, что я до самого дня рождения ничего-ничего просить не буду. Даже шоколадки и хрустящие палочки не нужны, только пусть купит робота.
‒ Обязательно скажу, ‒ улыбаюсь. ‒ Завтра у тебя будет робот.
Счастью пацана нет предела. Готов сказать и визжать, но сдерживается, лишь гулко дышит. Осматривается, убеждаясь, что мама не слышала наш разговор, и возвращается к еде. На несколько минут выпал из общей беседы, а когда вновь вслушиваюсь, присутствующие обсуждают вчерашнюю свадьбу. Мама аккуратно спрашивает Яну, в каком формате торжество нравится ей, да и мне важно знать. Оказывается, она бы вообще от празднования отказалась, разделив счастливое событие со своим избранником. Отец мгновенно кривится, но, поймав мой многозначительный взгляд, равнодушно машет рукой. Всё равно ведь сделаю так, как посчитаю нужным. Через пять дней я смогу предложить Яне себя ‒ свободного и готового к новому.
‒ Давайте переместимся в кабинет. ‒ Предложение направлено нам с Красовским.
Отец поднимается и ждёт, когда мы последуем за ним. С трудом отрываю от себя Мишу, обещая, что скоро вернусь. Почти скрывшись в коридоре, задерживаюсь, окидывая взглядом столовую, где остались женщины. Главное, чтобы сегодня этот дом остался цел.
‒ Насколько я понял, ты приехал за деньгами? ‒ Вопрос отца звучит с порога.
‒ Именно. Игнат вкладывает половину, вторая за мной. Выкупленные восемь процентов делим пополам и получаем пятьдесят на пятьдесят.
‒ У тебя сумма имеется? ‒ обращается к другу, который разместился на диване, облегчённо выдохнув.
