— Да вроде все ничего, — ответила ведьма. — В августе на пару дней заезжала в гости, тебе звонила на работу, но не застала. Очень расстроилась, помню, по этому поводу. Ты бы себе сотовый телефон завел, что ли? Штука дорогая, но очень удобная.
— И рад бы, да денег нет, — вздохнул Ровнин. — Зарплаты маленькие, цены растут, какие там сотовые телефоны.
— Денег столько, сколько нужно, никогда ни у кого нет, — назидательно произнесла Марфа. — Но это не повод для того, чтобы свой шанс на личное счастье терять. Ты вот девчонке в сердце запал, она о тебе думает, разные планы строит, печалится, что повидаться не довелось. Вот так погрустит еще немного, махнет рукой на все да первого попавшегося стрекозла, что рядом окажется, к себе под одеяло и пустит. Просто так, чтобы пустоту в сердце закрыть. По душе тебе такое?
— Не то чтобы очень, — согласился с ней молодой человек. — Но с другой стороны — если суждено быть вместе, то и без телефона это случится. А если нет… Ну, значит, тот стрекозел ее судьба.
— Ты на судьбу все не вали и свое будущее на ее плечи не перегружай, — погрозила ему пальцем собеседница. — Вот судьбе только и дел, что о каждом да всяком думать. Лучше скажи — у тебя день рождения когда?
— В этом году прошел уже. А что?
— Да телефон подарила бы, — рассмеялась ведьма. — Если гора не идет к Магомеду, как говорят в народе. Все же не чужая мне Яна, родня как-никак. Да и ты парень славный, хочется, чтобы все у вас сладилось.
— За добрые слова спасибо, но мне такой подарок не по чину, — притворно расстроился Олег. — Начальство не поймет, ругаться станет.
— А ты ему не говори, — посоветовала Марфа, — не надо. На телефоне же не написано, что я его тебе подарила?
— Мы точно про моего начальника говорим? — Вот теперь смех Ровнина был совершенно не наигранным. — Про Аркадия Николаевича? То, что он точно знает, сколько я получаю, — это ладно. Но чтобы он не узнал, откуда у такого презента ноги растут… Сомневаюсь.
— Что да, то да, — согласилась с ним ведьма. — Ну — нет и нет. Была бы честь предложена. Я, собственно, не по этому поводу решила с тобой встретиться.
— А по какому?
— Ты же из Саратова приехал в Москву, верно? — осведомилась у него Марфа. — Ничего не путаю?
— Нет, — подтвердил Ровнин. — Все верно.
— Тогда твои дела не очень хороши, Олег, — печально уведомила молодого человека ведьма. — Скорее, даже плохи.
— Я так не думаю, — возразил тот. — Шутка ли — в органах всего ничего, а уже в Москве работаю. В столице нашей Родины. И с отделом повезло, и с начальником, и с коллегами. А что зарплата маленькая — так это ничего, у меня жены пока нет, детей тоже, по крайней мере таких, о которых я знаю, долгов не наделал. Нет, хорошо все.
— Столица — это да, — глянула ночную темноту, накрывшую спальный район, Марфа. — Хоть здесь и задворки, конечно. А вот насчет долгов — это ты погорячился, дорогой мой. Числятся они за тобой.
Олег даже расстроился немного, услышав последнюю фразу. Во-первых, потому что не ожидал, что Марфа попадется на столь незамысловатую наживку. Основываясь на пусть и скромных, но личных наблюдениях, а также том, что ему довелось про нее услышать от коллег, он считал, что эта матерая ведьма будет действовать тоньше, искуснее. Во-вторых, уж очень банально прозвучали ее слова. Избито, если угодно, как во второсортном романе. Нет чтобы употребить более изысканную формулировку, вроде «за всеми тянутся грехи молодости» или что-то в этом роде.
А тут прямо штамп какой-то. Так и тянет ответить подобным, например, сказать нечто не менее банальное: «Это не я тогда варенье съел» или «Она сама предложила без презерватива». Но нельзя, ведьма может понять, что он валяет дурака, тогда разговор закончится, толком не начавшись.
— Марфа Петровна, у меня на самом деле денек выдался непростой, потому давайте обойдемся без загадок, — устало произнес Ровнин. — И я правда не очень понимаю, о каких долгах идет речь. Говорите как есть.
— Почему нет? — согласилась с его предложением ведьма. — И сразу извини за то, что о неприятных вещах речь поведу.
— Как часто повторяет мой начальник, «по нынешним временам хорошая новость редкость», — заметил юноша. — Я привычный, можете не церемониться.
— Помнишь такого Равиля Алирзаева? — подалась чуть вперед Марфа. — Так он, Олег, тебя до сих пор ищет. Не простил смерти своего брата.
— Так восточный человек, чего с него возьмешь. — Ровнин, сохраняя невозмутимое выражение лица, все же дал голосу немного дрогнуть. Совсем чуть-чуть, но так, чтобы собеседница это подметила. — Кровная месть и все такое.
— Но у нас тут не Кавказ все же, — произнесла женщина. — Свои законы, свои порядки. Верно?
— Я-то да, вот только кровник мой, боюсь, с этой точкой зрения не слишком согласен, — вздохнул юноша. — Не устраивает она его, если верить вашим словам. Полгода прошло, а он ничего не забыл.
— А вот теперь самое неприятное — еще немного, и он тебя отыщет, — печально констатировала ведьма. — Еще раз прости за недобрую весть.
