- В полном, отец, - светло улыбнулся ему я. – Рад тебя видеть, - удивительно, что, стоило мне принять этого мужчину, как своего отца, чувства из «прошлой» жизни, что принадлежали отцу тому, наложились на отца этого. Образы совместились, и двойственность, искусственность ушла, оставив искреннюю радость от встречи.
Это было хорошо – мир в душе очень важен. Ради этого вроде бы «эфемерного» понятия стоит пойти на многое. Правда, понимание этого приходит лишь с возрастом.
- Кто тот маньяк, который вел машину? – была вторая фраза отца.
- Это я, - подошёл горе-водитель и протянул руку для пожатия. – Лекс Лютор, - отец изменился в лице, услышав это имя и руку не принял, повернувшись ко мне.
- Джонатан Кент. Пойдём отсюда, сынок.
- Отец, - с осуждением посмотрел я на мужчину. – Вы видитесь с Лексом впервые. У тебя не должно быть причин для неприязни. Несчастный случай может произойти с каждым. Право на ошибку есть у любого.
- Ладно, - с неохотой выдохнул Джонатан и ответил на рукопожатие.
- Ваш сын спас мне жизнь, Мистер Кент. Если бы я мог чем-то отблагодарить вас…
- Езди помедленнее, - выдал Джонатан устало и увёл меня к машине.
***
Пока ехали к дому, отец почти ничего не говорил, просто смотрел на дорогу и хмурился. Я же ловил последние лучи закатного солнца и улыбался. Счастье. Счастье не может приходить снаружи. Счастье идёт только изнутри. Если в душе мир, если не гложет совесть, не разъедает чувство вины, то счастье можно испытывать даже просто от того, что всё ещё дышишь. От того, что живёшь и радуешься этому… вот только и понимание этой, в общем-то простейшей истины, тоже приходит с возрастом. И, похоже, что к Джонатану это понимание ещё не пришло, иначе бы он не хмурился в такой удивительный и прекрасный день.
Ферма Кентов. Мой новый дом. Дом… как-то с принятием этого места, как своего дома, и чувства «прошлой» жизни наложились на него, так же, как до этого чувства к родителям. Мой новый дом мне нравился: большой, просторный, простой, красивый. Это дом. А была ещё целая ферма, с полями, пастбищами, хоз-постройками. И целый сарай в моём полном распоряжении. Прикольно. В этом сарае даже телескоп есть! Настроенный на окна дома, что стоит на соседнем участке.
Мама – Марта Кент. Красивая женщина с умными глазами и доброй улыбкой. Приятное впечатление от первого знакомства.
Когда, мы прибыли домой, солнце уже давно село, вечер вступил в свои права, и даже начинал постепенно уступать их ночи, поэтому никаких разговоров не стали затевать: поужинали в тихой семейной обстановке и разошлись спать.
Утром же на дороге перед домом стояла новенькая машина. С красным бантом на крыше. И письмом от Лекса Лютора на лобовом стекле.
Что ж, письмо мне понравилось: слог хороший, написано с юмором и самоиронией, без излишних пафоса и серьёзности, но с искренней благодарностью.
Прочитав послание, я спрятал его обратно в конверт и погладил капот машины. Красивая… но машина… Никогда не был любителем колёсного транспорта. Даже «прав» не имел в «прошлой» жизни. В этой имею. Даже рассматривал их уже – неплохо на фотографии получился. Но водить… доверять жизнь тарахтящему куску железа, носящемуся на скоростях 60-130 километров в час по дорогам с миллионами куда-то спешащих таких же кусков железа, с не всегда адекватными водителями внутри… Как-то стрёмно. Может, когда-нибудь жизнь и заставит начать, но не сейчас. Сейчас я намеревался погреться на солнышке.
- Ключи забрал отец, - сказала, подошедшая сзади мама, видимо, неправильно истолковавшая мои действия.
- Ключи? – удивился я.
- От машины. Джонатан за амбаром.
- Мне стоит подойти к нему? Он хотел поговорить? – уточнил я.
- Думаю, да, - немного помолчав, ответила она.
- Хорошо, - улыбнулся я и, подойдя, обнял женщину. Обнял и поцеловал в щёку. После чего отпустил и пошёл за амбар к отцу.
Кстати, сразу не обратил внимания, но это тело… Я высокий. И широкоплечий. Совсем не хлюпик такой себе. Насколько высокий? Два метра с лишним – неплохо, правда? В «прошлой» жизни такими габаритами похвастаться нем. Был я сложен значительно скромнее. А тут… Что ж, будем привыкать, в конце концов это же не что-то плохое, вроде хромоты или слабого зрения. А к хорошему привыкают быстро.
Отец действительно нашёлся за амбаром. Он измельчал в специальной машине зелень на комбикорм для животных. Дело шумное, монотонное, не то, что бы приятное.
Джонатан увидел меня, выключил машину и снял защитные наушники.
- Кларк, я знаю – ты хотел оставить машину, но мы не можем… - с ходу начал он, видимо, заранее отрепетированный в его голове тяжёлый разговор.
- С чего ты взял? – удивился я.
- Эм… - сбился он с мысли, так как явно не предполагал такого моего ответа. – А разве нет?
- Нет, - с улыбкой пожал я своими широченными плечами.
- Почему? – окончательно потерял мысль он.
-Только вчера, прямо на моих глазах, человек потерял управление над машиной в результате независящих от него обстоятельств и едва не погиб. Как думаешь, это должно прибавить мне желания самому сесть за руль?
- Эм…
