Прекрасные серые глаза некрасиво округлились при взгляде на опасный инвентарь, щёлкнувший лезвиями возле его носа. И выражение лица прелестной супруги не сулило ему ничего радужного. Сглотнув, он отступил назад и осторожно спросил, что случилось.
О, Элге рассказала!
Коротко, ёмко — так вколачивают гвозди в крышку гроба. И отчего-то Маду почудилось, что гвозди эти вогнали в их семейное судёнышко. А ещё лианы, оплетающие выстроенную у одной из стен изгородь, подозрительно шевелились, словно русалочьи волосы в тёмной воде, подбирались к нему, тянули хищно изогнутые листья к горлу… Брррр. Мадвик отступил ещё и упёрся бедром в спинку скамеечки, поставленной здесь же, возле маленького саженца какого-то экзотического дерева. Леди Бритта надеялась когда- нибудь посидеть здесь с книгой, и чтобы тень выросшего дерева падала на неё, и щебетание птичек из густой листвы.
Элге… Она же всегда такая милая, спокойная, улыбчивая, готовая в любое мгновение любоваться им, смеяться его шуткам. Где эта девочка?
Мад попробовал вытащить один из «заколоченных гвоздей». Скептически приподнял выразительную бровь:
— И ты веришь — какой-то девке? Ей, а не мне?
Он же не знал про домик Берты…
Элге демонстративно положила ножницы на маленький столик возле скамеечки. С ними в руках как-то спокойнее, но так… безопаснее для шкурки её мужа. Судя по взгляду серых глаз, мысли о дырках в своей шкурке его голову тоже посетили.
— Это легко проверить, дорогой. Артефакт Истины — к твоим услугам. Он на своём месте, я проверила. Пойдём… посмотрим наглядно, кто из вас мне врёт? И как давно?
Приподнятая бровь, растеряв весь скептицизм, уныло сползла на место.
— Элге…
Она брезгливо поморщилась. Побеги лиан заметно шевелились на своей изгороди, тянулись скрюченными пальцами. Элге неспешно стянула рабочие перчатки, не глядя, повела ладонью в сторону побегов и… стебли с хищными листьями притихли. У Мадвика судорожно дёрнулся кадык.
— И только попробуй вмешаться, Мад, и выкинуть девочку из дома! Она достаточно от тебя натерпелась!
Мадвик качнулся вперёд, пытаясь заглянуть в её лицо, такое знакомое и чужое.
— Ты ещё и оставить её у нас собираешься? Маленькая, разве… разве не противно тебе будет смотреть на неё день за днем?
Девушка неверяще покачала головой. Хотела ответить равнодушно, но голос подвёл, из горла вырвалось рассерженное шипение:
— Мне на тебя глядеть тошно. И даже не думай соваться в мою спальню!
Глаза её мужа опасно потемнели.
— Ты — моя жена, Элге, и…
Она резко развернулась и подхватила садовые ножницы.
— И тебе следовало помнить об этом раньше. Полезешь, — лезвия, подчиняясь движению её пальцев, разъехались и снова сошлись вместе, с чётким щелчком, — можешь невзначай лишиться чего-нибудь… самого драгоценного для тебя. И, может быть, я попробую применить целительские навыки. Потом. Если получится. Ты же знаешь, я ещё только учусь.
От её улыбки его всего передёрнуло.
— Я тебя предупредила, Мад.
Неторопливо обогнув изваяние, именуемое её блистательным супругом, Элге вышла из зимнего садика.
Теона неслышно проскользнула в просторный кабинет и, приблизившись к Бастиану, застывшему у окна, положила голову ему на плечо, обтянутое бархатом глубокого синего цвета. Его величество недавно вернулся из Сайттенского замка, где герцогиня содержалась под стражей с момента вмешательства в их с братом противостояние.
— Поговорил?
Он привлек её к себе и уткнулся носом в волосы.
— Д-да… Спасибо тебе за помощь, Тео. Причины их поведения стали яснее, но мне от этого не легче. Герцогиню придушить хочется. Собственными руками бы удавил.
— Какая-то сомнительная польза от моего дара, — передёрнула плечиками королева.
— Это ведь не твой дар влияет на человеческие поступки. Дар прекрасен, светлая моя. Как бы ещё тихо и бескровно мы узнали детали? Вдвойне прекрасно, что он не действует на меня, — не удержался от улыбки Бастиан. — Что мне теперь делать с этой заразой, а?
— Не хочешь отправить её послушницей в сестринскую обитель? Смирение и физический труд пойдут герцогине на пользу.
— О-о-о, не-е-ет, — содрогнулся король. — Смирение — это не про неё! Дражайшая Ниа самую строгую сестру доведёт. С её способностью к тонким манипуляциям… а как хорошо скрывала-то! Боюсь, она разбудит в сёстрах нужные ей страсти и пороки, и сместит сестру-настоятельницу. После чего распустит их всех к троллевой бабушке и сбежит.
— При таком характере она и от мужа сбежит. Или, что хуже, и его обработает. Да и найдётся ли тот несчастный, которому по силам будет обуздать её нрав?
— Будем искать, милая. Будем искать. Слабовольный простачок нашей Ниа точно не годится. Есть у меня на примете пара кандидатов: я присмотрюсь.
Супруги замерли у окна в уютном объятии, позволив себе краткий перерыв.
