… Суть чародейства дяди она не поняла, не разбиралась. Некий амулет у него с собой уже был, а уж что он с ним делал прямо тут, в уютной детской, из которой выгнал всех слуг, осталось загадкой. Что соединил, чем напитал — не знала. Имя младенцу ещё не дали, это надлежало сделать на следующий день, в родовом храме, в торжественной обстановке, и имя выбирал отец, но сейчас мама боялась, что завтра для её мальчика может не наступить.
— У тебя есть сила, которая защитит твоего сына, — жёстко проговаривал родственник, не зная, как остановить поток её слез. — Большую часть сделает амулет, а завершить защиту должна сила твоего имени. Дай младенцу своё имя, назови его.
И тут же его глаза становились полными жалости:
— Это всё, что я могу для вас сделать. К сожалению, забрать вас к себе я не в силах. Но твой муж больше никогда не сумеет поднять на тебя руку. Ни на тебя, ни на вашего сына. И лишить его жизни — тоже.
Страшась до безумия звука мужниных шагов на пороге детской, женщина поторопилась провести ритуал. Малыша следовало искупать, положив напитанный амулет в воду. Во время купания камни в дядином творении светились, пока не засияли ярче самых больших звезд и не отдали свой цвет и свой свет воде. Яркие цветные, пропитанные огромной силой нити ласково обвились вокруг тельца ребёнка и впитались под кожу до последней капли. На младенческом лице появилась улыбка, словно ему на мгновение стало щекотно. Мать вынула сына из купели, завернула в мягкую пелёнку и прижала к себе, целуя в мокрую макушку. Полученная магия вспыхнула в нём и устремилась к матери, проникла лентами света, обдав теплом. Она вынула из остывающей воды погасший амулет и вернула дяде.
— Теперь имя, — сказал тогда он.
И научил, как надо произносить, чтобы оно имело нужную силу. Её голос не дрогнул, прозвучал уверенно и с той силой, которая очертила завершающий защитный круг. Два слова. Два имени. То, которое мечтала дать ребёнку она сама и то, которое носила с рождения. Погасший амулет в руках дяди рассыпался аметистовой пылью.
— Сработало, — с облегчением выдохнул он.
Наверное, брат её отца сделал что-то ещё, потому что о его пребывании в детской не проболтался ни один из слуг. Никто не сказал, что вообще видел его на этаже. Никто — ни папаша, ни приглашённые им впоследствии чародеи, не распознали проведённого над маленьким сыном и женой ритуалом.
Прошла и закончилась ночь, полная страха за малыша, но самый сильный и могущественный маг в покои не явился, подарив слабую надежду и короткую передышку. Наступил новый день, и мрачно-задумчивый глава семьи повёл жену с младенцем на руках в просторный светлый храм, где, отражаясь эхом от украшенных стен, прозвучит имя, и его впишут в специальные книги.
— Я уже назвала нашего ребенка, — с достоинством сказала молодая женщина.
Яркие глаза мужа полыхнули бешенством, но не посмел отреагировать бурно — вокруг стояли служители и почётные гости. Одна из книг на постаменте раскрылась сама собой, и на чистой странице они увидели буквы, сплетённые в имя. Не отменить. Не переписать.
Вот тогда, вернувшись под защиту толстых неприветливых стен, он и попытался ударить её снова. Его отшвырнуло к стене, приложив затылком о тяжёлую оправу зеркала. Не поверив в произошедшее, он несколько раз повторял попытки, и раз за разом его то отбрасывало от жены, то било разрядами молний. Как же он орал..! Выхватил из колыбельки младенца, но… Очень быстро выяснилось, что ему позволительно держать малыша на руках и совершать по отношению к нему все обычные мирные, лишённые злого умысла действия. Всё остальное лупило по нему фиолетовыми жалами, выкручивая, раня плоть, выжигая следы, причиняя невыносимую боль. А молодая мать с ужасом убедилась, что мысли о причинении вреда их сыну у отца имелись, и ещё какие!
— Ты ведьма! — бушевал он, не обращая внимания на плач сына. — Что ты сделала, что?!
Вот тогда и выяснилось, что дядя ещё и следы магического воздействия прячет так, что этого самого воздействия не видно никому. Через некоторое время отец поверил в то, что пока ещё спящий в его сыне дар защищает и его самого, и мать. Двойное имя посчитал женской блажью, но, вписанное в родовые книги, оно не уничтожалось.
… От издёвок и неприязни магия, к сожалению, не защищала. И от всех остальных чувств отца, пробуждавшихся годами, крепнувших с того дня, как в старшем сыне проснулся дар.
… Причины установки клятвы верности Ар понял. Что это за колдовство применил и откуда папаша узнал о нём, как освоил — нет.
Ночью он покинул гостеприимный замок в скале, не стал дожидаться рассвета, избежав расспросов и тягостного прощания. И направил коня на запад.
… Ритуал выхода из рода молодой человек провел в маленькой роще, звеневшей мелкой узорчатой листвой над его головой. Всегда считал, что для столь значимых действий выбирается особый день, определённое время и тщательно подобранное место. Ритуал требует своего антуража, чего-то особенного: интерьера, освещения, одежды или посуды, правильного ножа, в конце концов. Настроения.
