Наверное, отец вложил в узор некое отложенное заклинание — когда Ар прощался с Теоларой возле комнат её дома, невеста выглядела и вела себя адекватно. Каким способом родитель вызвал Лару сюда — Ар, наверное, уже не хотел знать, не хотел, но так и представлял, как сходящая с ума от неведомого доселе чувства, его — уже не его — Лара ползёт за мужчиной и просит, умоляет… Видела ли она в нём жениха, или ей было всё равно?
С усилием он оторвал себя от её прижимающегося тела в открытом платье, отодвинул Лару как можно дальше, не желая слышать ни свое имя этим голосом с придыханием, ни разочарованный стон. Сделал несколько неверных шагов — куда? Может или не может он оставить девушку вот так, в таком виде, в таком состоянии? А прикасаться к ней совершенно невозможно. Когда закончится действие рунической печати?
Медленно повернул голову на звук открывающейся двери.
— Принцесса, я же велел ждать меня в спальне. Заблудилась?
— Тварь, — одними губами выговорил Ар в расплывчатое белое пятно на месте отцовского лица…
На ладонях заплясал огонь…
Маг прикончил вторую бутылку. В теле появилась приятная тяжесть, в голове желанная лёгкость. Надо ли было рассказывать Бастиану о том, как он пытался убить папашу? О том, как взвыла защита, напомнила о себе впечатанная сложным паутинным узором клятва верности, не позволив ни единого удара? Как его самого небрежным взмахом руки приложило о каменные стены, так, что весь воздух разом вышибло из лёгких, и что это не больно, в сравнении с тем, что стало с его невестой?.. Надо ли Бастиану знать, что за те несколько мгновений выпадения из реальности, папаша успел подхватить невменяемую Лару и исчезнуть на его глазах в тёмной, серо-синей дымке портала?
… Компаньонка, прибывшая вместе с Теоларой, безмятежно спала в выделенной комнатке при гостевых покоях невесты. Ару хватило умения определить, что женщина под воздействием зелья; прислугу расспросами он пугать не стал, хотя по камню готов был разнести каждую стену каждой комнаты, чтобы отобрать у родителя бывшую невесту — ради неё самой. Вот только в этих стенах её не было. И в других замках, каждый из которых он проверил — тоже.
… Он не мог думать о том, соображала ли девушка, кто перед ней.
Третью бутылку маг тащить не стал: из вечернего леса ощутимо потянуло холодом, да и ночёвка под корнями дуба не очень комфортна. Пора в тепло, под крышу.
… Знал, что вины Лары нет, что обман того, кого он не мог уважительно называть отцом, в отношении неё бил по ней сильнее, но, увидев девушку после всего, не смог смотреть ей в глаза. Да и она своих не поднимала. А дорожки слёз на её щеках — врезались в память. Но даже эти слёзы не остановили его от выхода из огромного золочёного зала, гулко разносившего звук его шагов, последних в тех стенах.
Ару тогда сделалось безразлично, каким образом отец выкручивался перед бывшей невестой своего отпрыска и перед её родственниками. Не вникал, что он, как глава рода, наговорил в качестве объяснений разрыва помолвки, как не допустил общественного скандала, какую компенсацию выплатил.
Воспоминания из памяти девушки о себе, прекрасном, отец, скорее всего, после ухода Ара и вытащил.
Если бы не происхождение невесты сына — папашины развлечения с одурманенной девушкой могли затянуться не на одну неделю, пока не наиграется. Однако объяснить отцу красавицы причины столь длительного нахождения «в гостях у любящего жениха и его семьи» было бы затруднительно.
…Теолара написала ему несколько писем. Он прочитал их все, однако не смог ответить ни на одно.
… Сначала он хотел сразу рвануть на запад, к границе, и направил было жеребца догонять уходящее солнце. Но ледяные порывы ветра отхлестали по лицу, быстро остудив горячую голову. Он осадил коня, покрутился на месте и пустил серого рысью в другую сторону. Путь был не самый близкий, должен успеть немного успокоиться и привести мысли в порядок. Не получилось. Только вбитые с самого детства манеры сделали свое дело: уж лицом-то он владеть умел. Лицо не выдаст того, что творится внутри.
