Элге сбилась с шага, подняла глаза на свёкра. Как же она упустила эту деталь из памяти! Ведь там, в домике Виррис, Тивис даже намекнул! Не забота о репутации семейства, не беспокойство за разлад молодых — а вот это вот так и осталось самым главным интересом королевского советника!
— А если я уйду от мужа, или, не приведи Небо, разведусь с ним — не видать вам прекрасного Сайттена как своих ушей? — хрипло спросила она, ужасаясь собственной дерзости.
— О разводе не может быть и речи, — кивнул лорд. — Новость о том, что нашлась наследница Сайттена, вот-вот достигнет ушей его величества. Вы представляете, какая жизнь у вас начнётся? Свобода от брачных уз? Да вы и дня не погуляете на этой своей свободе — Бастиан немедленно подберёт вам нужную ему кандидатуру, и никакой гарантии, что эта кандидатура захочет поладить и считаться с вами. Вы уверены, что такой брак будет лучше уже имеющегося? А Мадвик вам не посторонний человек, не нужно знакомиться, заново привыкать. Несмотря на…совершённую ошибку, он хочет строить отношения с вами, надеется загладить вину.
«Ошибку». Ошибкой было всё, что касалось Мада. Влюблённый взгляд всегда мешает объективной оценке человека. Элге сцепила руки в замок, чтобы хоть как-то скрыть дрожь.
— Так король Бастиан ещё не знает…обо мне? Почему вы хотите рассказать ему именно на балу, лорд Тивис?
Змей спрятал мелькнувшую на лице досаду.
— Некоторые новости требуют тщательной подготовки, — нехотя проговорил он. — Непринуждённая атмосфера зимнего бала лучше всего подойдёт для представления вас Орсандам. И Элге, к этому моменту ни у кого и тени сомнения не должно возникнуть, что у вас с любящим и любимым супругом что-то не так. Возрождайте чувства или имитируйте их — но во дворце в них должны поверить. Понимаете?
Ещё бы она не понимала. Тивис ведёт свою игру, и она на его поле отнюдь не опасная фигура, несмотря на где-то там полагающийся ей титул. Если уж коронованных отпрысков часто выставляют гарантом заключаемых соглашений, то что говорить о ней? Маленькая пешка в когтях стервятника. И игрок против Форриля-старшего она никакой.
Элге молчала, ступая на полшага позади свёкра, и думала о муже. Бесполезно говорить с ним, просить переубедить отца. Пусть Мад и не сам выступает инициатором заполучения герцогства, но и не мешает планам отца. А сам, чего хочет он сам?
— Элге..?
Смотреть в льдистые глаза после ошейника на его ладони было страшно, и девушка не смотрела.
— А если у меня не получится убедительно сыграть роль любящей супруги?
— У вас месяц на…репетиции, уж постарайтесь. К Алтарю вы шли очень даже убедительно счастливой. Собственно… вас же не заставляют изображать любовь всю жизнь. Года будет вполне достаточно: пока вас официально признают, подготовят всё к переезду в Сайттен, пока обрадуете мужа и королевскую родню новостью о прибавлении в вашей семье… Что?
Элге покачала головой. Она видеть Мада больше не желала, не то что…всё то, что озвучивает королевский советник. Тивис плавно развернулся на неширокой дорожке и галантно предложил невестке локоть. Она сделала вид, что не заметила, шла рядом с отрешённым лицом.
— Я искренне не понимаю, Элге, отчего вы противитесь судьбе, уготованной вам по праву рождения. Любая на вашем месте радовалась бы. Вы станете по-настоящему богаты, влиятельны. Неужели ваши обиды на Мада сильнее открывающихся блестящих перспектив?
«Не я буду влиятельна и богата, а ты, ты — через меня. Я просто средство для достижения твоей цели. Ты и ребёнка от Мада хочешь, чтобы зацепиться за титул», — думала девушка с горечью.
— Жить-то вы мне предлагаете с Мадом, а не с перспективами, — тихо напомнила она.
— Ну почему же, — усмехнулся лорд Форриль, небрежно стряхивая с воротника пальто остроконечные снежинки. — Не хотите провести всю жизнь рядом с мужем — не проводите. Родите наследника, а лучше двух-трёх, и сможете переехать в один из принадлежащих Сайттенам домов. Дети, разумеется, останутся с отцом. Занимайтесь себе выращиванием петрушки, вышивайте, музицируйте, проводите время в молитвах Светлому Небу. Захотите принимать участие в жизни своих детей — оставайтесь с мужем. Всё просто. Выбор есть всегда.
Он ничего такого страшного не говорил, но с каждым словом, произнесённым негромким размеренным тоном, голосом, похожим на тембр Форриля-младшего, девушка ощущала себя загоняемой в ловушку.
— В Сайттене, насколько я знаю, уже есть новый наместник, избранный королём.
— Это уже не ваша забота, милая. Я надеюсь, вы будете умницей?
И послушной бесправной марионеткой. Под широкими рукавами накидки Элге сжала руки в кулаки, заставила голос звучать ровно.
— А если я не хочу становиться герцогиней?
— Милочка, — тонко улыбнулся советник, и от его улыбки по позвоночнику девушке пополз холодок. — Никто в здравом уме не отказывается от той выгоды, что предоставит вам титул и родство с королём. Да, очень дальнее, практически ничтожное, но всё же. И деньги. Да, моя дорогая, в нашем мире на деньги глаза не закрывают и от них не отмахиваются. А Форрили весьма лояльны короне, и это ценится высоко.
