Тивис умолк, глядя перед собой. Их беседа длилась не более четверти часа, где-то там, в тепле ставшего враждебным дома, ждал Мадвик. Как глупо было думать, что советник позволит ей уйти!
— Лорд Тивис. Кроме меня, есть ещё Вирис, моя сестра. Она тоже имеет…
— Не имеет.
Змей участливо вздохнул, опустил глаза на свои руки, затянутые в тонкие перчатки, держащие тепло не хуже меховых рукавиц, смахнул с них невидимые пылинки и вернулся взглядом к лицу невестки.
— Рано или поздно вы узнаете, так лучше от меня. В леди Виррис нет крови Сайттенов. Она и Адорейн — то не может называться с полным правом.
Элге отступила от Тивиса, проваливаясь невысокими сапожками в пушистый снег.
— Что?!
— Что? Этот вопрос следовало задать вашей матушке, но увы. Как вы уже догадались, мне пришлось провести процедуру проверки артефактом.
— Вздор! Мы похожи, нас даже путали! Виррис…
— Ваше сходство лишь помогло леди Арелле скрывать от мужа правду, — холодно оборвал Тивис. — Рыжих в вашем роду немного; полагаю, все решили, что старшая девочка пошла мастью в прабабку. Наверняка её отцом был кто-то из простых: магия, которую она унаследовала, ясно указывает на это. Странно, что ваш отец этого не понял. Или не захотел понимать? Хотя…случай редкий, но в нашей среде не единственный.
… Россыпь убийственных слов льдинками покатилась под ноги. Вот почему советник так вцепился в младшую, хотя было время, едва терпел! Верить снисходительным речам лорда не получалось. Не верить не было причин: Элге чувствовала, что советник не блефует. И Мад…он знал с того дня, когда они с отцом посмеивались в той столовой!
У аристократов действительно не рождались дети с сильным даром к бытовой, ремесленной, рукодельной магии. Виррис считали исключением. Но Элге не помнила плохого отношения к старшей сестре. Её любили, и мама, и отец. И она сама. И от того, что отцы у них, оказывается, разные, отношение к Виррис не изменилось.
— Всё продумали, да? — слова застревали в саднящем горле.
Лорд Форриль развёл руками.
— Ну уж к рождению вашей сестрицы я не имею никакого отношения! Но — как видите, препятствий на вашем пути нет. Естественно, его величество непременно проведёт ещё одну проверку вам обеим, дабы убедиться лично. До тех пор ни к чему расстраивать леди Адорейн или-кто-она-там-на-самом-деле. Надеюсь, вам не нужно напоминать держать язык за зубами?
Девушка потрясла головой. Мерзкий, уверенный в своей силе змей.
— Виррис всё равно узнает. Не сейчас, так позже.
— Позже меня устроит, — любезно согласился советник. — Но не сейчас. Мне бы не хотелось ограничивать вас в переписке и общении, ведь, несмотря на новые обстоятельства — я так понимаю, вы всё равно привязаны к леди Адорейн?
Проницательная, гадкая сволочь.
— Я устала от ваших угроз, лорд Форриль.
И лишь на чистом упрямстве держала голову прямо, а плечи расправленными, несмотря на завывающий ветер. Ту Элге, что внутри, мелко потряхивало от страха.
— Помилуйте, дорогая, какие угрозы! Разве я могу..? Вы мне почти как дочь!
Элге отвернулась от его полуулыбки и направилась в дом, теперь уже не её, несмотря на все слова свёкра. На ступенях развернулась к тихо следующему за ней Тивису, набралась смелости и спросила ещё раз.
— А если мне всё-таки всё это не нужно? Титул, земли, власть…Меня никогда к подобному не готовили.
Советник приподнял брови в вежливом недоумении.
— Мы же с вами всё уже обсудили, милая. Вы же…любите свою сестру?
Элге оступилась на холодных ступенях и была заботливо поймана твёрдой тивисовой рукой. Губы шевельнулись в немом вопросе, но лорд услышал, небрежным взмахом открывая перед невесткой двери.
— Насколько я понял, вы с ней очень близки. И мне бесконечно жаль, что о безопасности леди… хм, Адорейн некому позаботиться. Леавор, безусловно, спокойный городок, но всё же… Молодая красивая женщина, одинокая…всякое может случиться. Так я не услышал ваш ответ, Элге: вы очень любите свою сестру?..
… Лучше бы и не спрашивала.
Дни слились для неё в один муторно-серый ком. Элге совершала механические действия: умывалась, позволяла помочь с одеванием, что-то ела, наверное, сидела у окна, не замечая, светло за ним или сумрачно. Но смотрела пустыми глазами, не реагировала на присутствие Мадвика, беспокойство свекрови, заботу прислуги. Её вернули в общие с мужем покои, вещи снова разложили по привычным полочкам. Сиона смотрела виновато и сочувствующе, но, как обычно, с беседами не лезла. Элге пропустила занятия с наставницей, отговариваясь неважным самочувствием, и лорд Форриль прислал Лоэна справиться о здоровье молодой госпожи. Муж старался почаще бывать дома, вдруг оказавшись свободным от дальних поездок и отчётностей, но Элге едва ли слышала, что он ей говорит, его голос оставался не более чем фоном, тихим гулом катящихся по склону камней.
