— У императора простаивает огромная армия, он должен двинуть ее в бой, иначе войскам придет в голову, что можно пограбить и дома, — сказала она. — К тому же, он жаждет новых завоеваний. Летом, брат, летом он попрет на Хоралию и Оттарию. Им придется не сладко.
— Нам тоже, — обронил Гарнс. — По договору мы обязаны помочь Хоралии и займемся Золотой Армадой.
Бардис поморщилась и невольно взглянула туда, где Линнар вместе с Хигги мыл котелки для кока. За неделю плавания принц загорел, окреп и уже не выглядел таким хилым и болезненным. Ожидания Бардис не оправдались, он не запросился домой в первый же день, а спокойно выполнял тяжелую работу отрока.
«Гейн говорила, что дохляка мучает жуткая морская болезнь. Ну и где она?»
Бардис не слышала от него ни слова жалобы и понемногу проникалась уважением к мужу. Но она была слишком упряма, чтобы признать это.
— А Линнар молодец, — произнес Гарнс, проследив за ее взглядом. — Старается и работает даже лучше этого идиота Хигги. Славный парень. Тебе не стоит относиться к нему с таким пренебрежением.
— Ты что же на его стороне? — Бардис мгновенно рассвирепела.
— Я всегда на твоей стороне, даже если ты не понимаешь, где верная сторона, — с нажимом сказал Гарнс. — В вопросе Хоралии я согласен с матерью. Нам нужны перемены в отношениях с соседями, вражда не может длиться вечно.
Бардис вздохнула.
— Ты думаешь, я не понимаю? Нет, я вижу, что мать права. Но все же… Я не доверяю хоралитам. Помнишь поговорку: не покупай овощи у хоралита? Получишь гниль. Они все с гнильцой, не имеют понятия о чести. Вспомни, какие интриги плетутся у них при дворе, а это только то, что мы знаем, малая часть. О самых жутких заговорах мы никогда не узнаем. Сколько их королей умерли от яда? Скольких свергли? Отравить короля! Немыслимо! Раз они так относятся к своим владыкам, то с чего они должны церемониться с нами, бывшими врагами?
— Ты подозреваешь, что союз всего лишь ловкий ход, маскирующий какой-то обман?
— Да. Я пытаюсь прикинуть, что за интригу ведет Вирлей, но ничего не выходит.
Теперь уже Бардис смотрела в морскую даль без восторга. Со времени заключения союза с Хоралией ее мучили раздумья, но она никак не могла найти подвох в поведении Вирлея. Неопределенность мучила ее.
— Мать наверняка рассуждала так же, — сказал Гарнс. — Она все взвесила, прежде чем принять решение. Ты не хуже меня знаешь, что у нее просто не было выбора.
— Да, знаю, — глухо произнесла Бардис.
Гарнс взглянул на Линнара, который замахивался мокрой тряпкой на прыгавшего вокруг него Хигги. Оба смеялись, и принц казался не старше будущего матроса.
— Линнар не похож на интригана, он мне показался искренним.
Бардис хмыкнула.
— Мне тоже, хотя в людях я разбираюсь хуже, чем в способах лишения их жизни.
— Может быть, стоит отбросить подозрения? — предложил Гарнс. — Хоралиты сейчас не в том положении, чтобы строить козни. С Галад-Задором под боком особо не поинтригуешь. Вполне возможно, Вирлей не прячет за спиной нож.
— Надеюсь, твоими устами Ис говорит истину.
Линнар попал тряпкой прямо в физиономию Хигги и, оставив того ругаться, пошел к Гарнсу и Бардис.
— Посуда вымыта, — обратился он к старпому. — Будут еще какие-нибудь распоряжения?
— Нет, пока можешь отдыхать, — милостиво разрешил Гарнс.
Он кивнул Бардис и ретировался пожалуй даже слишком поспешно.
«Хочет оставить нас наедине, гребаный сводник», — мысленно прошипела Бардис.
Но Линнар не горел желанием с ней беседовать и тоже собрался уйти.
— Эй, — окликнула его Бардис.
«Нужно общаться с мужем, забери его морской демон».
— Похоже, ты освоился на борту, — постаралась произнести она как можно дружелюбнее.
— Да, мне нравится море. — Линнар взглянул вдаль, его губы тронула нежная улыбка, словно лучик солнца показался из-за туч. — Оно прекрасно, особенно в такую солнечную погоду. Теперь я понимаю, почему вы его так любите.
— Я слышала, у тебя морская болезнь, — ляпнула Бардис и тут же пожалела об этом.
Вот уж точно — язык мой, враг мой, она никогда не считала себя обязанной следить за тем, что говорит. А надо бы.
Линнар нахмурился, чудесная улыбка, заворожившая Бардис, пропала.
— И ты взяла меня на корабль, думая, что я буду здесь мучиться. — В его голосе зазвучали гневные нотки, глаза заблестели.
— Но ты не мучаешься и все хорошо, — пробормотала Бардис, желая замять тему.
Линнар пристально посмотрел на нее, тем самым взглядом, который так взбесил ее в день их встречи. Пронзительным и строгим.
— Скажи, почему ты так сильно меня ненавидишь? — тихо спросил он. — Ведь я никак тебе не мешаю. Ты не должна хранить мне верность, мы никогда не станем настоящими супругами, я всего лишь… небольшой балласт.
— Довольно увесистый балласт, — хмуро произнесла Бардис и добавила со злостью:
— Я не обязана перед тобой отчитываться. Ты…
Она собралась высказать как на духу все, что о нем думает.
— Корабль по правому борту! — заорал с мачты впередсмотрящий.
Бардис и Линнар дружно вздрогнули и бросились к противоположному борту. В голубой дали виднелся черный силуэт корабля. Грузное, неповоротливое торговое судно.
