Рубашка полетела в сторону, и Даниэль прижался ко мне всем телом. Волоски на его груди щекотали меня, и все мое тело напряглось, как стянутая пружина. Я застонала и обвила его руками за шею. Мне хотелось, чтобы он поцеловал меня еще раз. И еще… И еще… Все мое тело горело, груди набухли и отвердели, а внизу живота словно стягивали тугой обруч, наполняя меня возбуждением. Клыки скользнули у меня по шее, и Даниэль поднял голову.
— Юля, я хочу быть в тебе и пить твою кровь. Ты разрешишь мне?
Я молча кивнула. Хотела что-то сказать, но Даниэль наклонился ко мне, губы его скользнули вдоль шеи, ниже, к груди — и у меня перехватило дыхание.
— Даниэль…
Имя вырвалось у меня вместе со стоном. Страсть туманила мне голову. Его руки и губы бродили по моему телу, лаская, гладя, изучая меня — и я отзывалась на каждое прикосновение. Я никогда не думала, что это будет — так! Я притягивала его к себе, желая, чтобы он вошел в меня, но Даниэль каждый раз отстранялся и продолжал свою сладкую пытку. Губы его скользнули по моему животу, медленно, дразняще, все ниже и ниже, потом он раздвинул мне ноги и начал ласкать языком и губами. Я закричала и выгнулась. Глаза сами собой закрылись. Я проваливалась куда-то, летела среди звезд в полной черноте — и это было восхитительно. Все тело пронзила легкая боль — и тут же исчезла. Я попробовала открыть глаза. Даниэль был внутри меня. Губы его скользили по моей шее, так, что я чувствовала клыки. Я вцепилась ногтями ему в спину.
— Даниэль…
Его глаза стали совершенно другими. Сплошное серебряное облако и темно-красный огонек, горящий вместо зрачка. Губы оттянулись, обнажая клыки. Лицо его стало совершенно нечеловеческим, но я ничего не боялась. Я любила. Это мой вампир — и он никогда не причинит мне вреда. Клыки вонзились мне в шею — и одновременно Даниэль начал двигаться во мне. Его сила потекла ко мне на кожу, обволакивая меня, ослепляя, обжигая и завораживая. Это был не просто секс. Мы сливались воедино и душой и разумом. Я обхватила вампира руками и ногами, притянула к себе еще ближе, желая, чтобы мы оставались так всегда. Мы были одним телом, одной душой… Его сила текла сквозь меня, и я ответила, как умела. Моя сила вырвалась наружу, чтобы ответить страстью на страсть. Я услышала свой стон, как сквозь каменную стену. Все тонуло в слепящем наслаждении, расплывалось, меня уже не было… Были только мы. Он и я — двое. Оргазм ударил меня неожиданно, и я закричала. На миг я увидела лицо Даниэля с закрытыми глазами и губами, окрашенными кровью. Потом все исчезло.
Мы долго лежали рядом, отдыхая. Потом Даниэль скатился с меня, не разрывая объятий. Говорить не хотелось. Думать тоже. Ничего не хотелось. Только лежать рядом, слушать бешеный стук его сердца, и такой же бешеный гром своего.
Я не знаю, сколько мы так пролежали бы, но в барабанный бой наших сердец ворвались другие звуки. И это была стрельба.
Мы отскочили друг от друга как ошпаренные. Я схватила джинсы и свитер, и поспешно натянула их прямо на голое тело. Рядом так же лихорадочно одевался Даниэль.
— Что это?
— Не знаю! Нападение!?
— Вполне возможно.
— Юля, стой!
Даниэль едва успел перехватить меня за руку, когда я бросилась к дверям.
— Ты не поможешь им, если тебя тоже убьют.
— И что ты предлагаешь!?
Я схватила сумку с кошельком и визитной карточкой и поспешно накинула ремешок через плечо. Все. Теперь я готова. Только вот к чему? Этого я и сама не знала. Даниэль осторожно приоткрыл дверь и выглянул в коридор.
— Мне нужно в мою комнату. Я не смогу в таком виде выйти на улицу! Я просто сгорю!
Он выскользнул в коридор как тень, и я последовала за ним. Выстрелы звучали все реже и реже. Нет, что происходит!? Останусь жива — пришибу Снегирева! Не мог он свою фазенду в каком-нибудь кооперативе построить?! А то тут, на отшибе, никто ничего не увидит и не услышит. Просто приходи и завоевывай! Хоть с гранатометом!
Комната Даниэля выходила окнами на ворота. Вампир бросился к шкафу, а я — к окну. У ворот стояли четыре машины. И из-за них палили люди. Снегиревские отстреливались, но куда им было!
— Я в подвал! — бросила я. — Захвати одежду!
— Юля!
Но я уже мчалась вниз.
В гостиной, в огромном кресле, сидел Снегирев.
— Что происходит!? — рявкнула я.
— Не знаю! Ничего не знаю! Оставьте меня все в покое!!!
И только тут я поняла, что Снегирев пьян просто вдребедан. Ну и пошел он к черту! Не до него! Самим бы спастись! Я рванулась в подвал. Черт! Заперто изнутри! Я колотилась в дверь, как птица о прутья решетки.
— Мечислав! Вадим!! Борис!!!
Стрельба становилась все реже. Времени почти не оставалось! Вампиры не слышали
