Священник стал вдруг невероятно серьезным. Он и до того не лучился юмором, но сейчас… Он как будто весь подобрался, сжался в комок и напрягся. Не внешне, внутренне, но от этого все было только заметнее.
— Юлия, ты можешь привести эту подругу сюда, к нам? Ага, как же… сейчас схожу к Дюшке в гости и приведу.
— Не могу.
— Почему?
— Скажите, зачем вам это надо — и я отвечу. Только сделайте одолжение, не канифольте мне мозги. Если вы сейчас будете заговаривать мне зубы, я просто возьму воду — и уйду. Сколько я вам за нее должна, кстати?
— Ни копейки. Скажи, вы с подругой уверены, что это укус вампира?
— Вряд ли ее собака за шею цапнула. Да еще таких размеров.
— Тогда и твоя подруга и ты и все ваши родные находитесь в страшной опасности. Мы со священником пристально смотрели друг на друга. Первой решилась я.
— Так вы знаете, что вампиры — это не миф? Глаза его стали спокойными и усталыми.
— Да, Юлия, я это знаю. А вот откуда ты это знаешь? А почему бы и нет.
— Насколько я знаю, в нашей религии принята тайна исповеди. Вы можете дать мне слово, что если я вам не позвоню в течение месяца, вы расскажете все, что со мной произошло, моему деду? Именно деду, а не матери.
— А кто твой дед, Юлия?
— Сперва дайте мне слово. Поклянитесь Богом.
— Иначе ты мне не поверишь?
— Простите, нет. Священник тяжело вздохнул. Подумал несколько минут. И кивнул.
— Я клянусь никому не пересказывать того, что ты мне расскажешь. Этого мне было достаточно.
— Вы правы. Вампир существует и на данный момент шантажирует и меня и ее. Если я смогу его уничтожить, мои близкие окажутся в относительной, но безопасности.
Священника мои слова кажется даже не удивили. То есть он изначально знал о вампирах и прочих прелестях ночной жизни? А откуда бы? Ой, ёлки, куда это я впутываюсь?
— А твоя подруга?
— Она уже у него. Мои родные слава Богу, уехали из города, но они вернутся. И мне страшно. Батюшка помолчал, подбирая слова, а потом решился.
— Юлия, ты знаешь, что в церкви есть такое… специальное отделение…
— ИПФ? — не стала разводить китайские церемонии я. Священник вытаращил глаза.
— Откуда тебе это известно? Это одна из самых серьезных тайн церкви!
— Еще один вампир рассказал. Сказал, что это переродившаяся инквизиция. Собеседник только головой помотал.
— Юлия, ты не могла бы рассказать все с самого начала? А то я пока ничего не понимаю.
Мне было не жалко. Но рассказать надо было кратенько и в военном стиле. Чтобы точно не дать лишней информации.
— Мне позвонила подруга. Сказала, что ее покусал вампир. Я оставила ее у себя на ночь. Вампир явился за ней той же ночью — и мне удалось не пустить его домой. Но в отместку он пригрозил что прикончит моих родных, если я не приду к нему на следующую ночь поговорить. И не захвачу с собой подругу. Выбора у меня не было. Мы пришли. Подруга осталась у него. Мне удалось бежать — и я хочу ее выручить.
— Вы могли сразу пойти в храм! — вознегодовал священник. — Ты понимаешь, что две девчонки никогда не справились бы с вампиром!? И не справитесь сейчас. Это гордыня и самонадеянность! Ты погубишь и свою душу и свою подругу. Если она еще не погибла и не стала одной из служанок ада!
Я прищурилась. Гордыня? А кто бы мог подумать, что в церкви могут помочь? Да если я той тетке за прилавком скажу про вампиров, она мне первая психушку вызовет! Самонадеянность?
А что, у меня был выбор? Меня кто-то спрашивал? Жизнь просто бросила меня во все это, как щенка в воду! И я стараюсь плыть. Или хотя бы тонуть не сразу! Да кто бы на моем месте поступил иначе? Жить хотелось! И хочется! И вообще, хорошо тут рассуждать некоторым!
— Святой отец, ответьте мне на такие вопросы. Все ли в церкви знают об ИПФ и о существовании раз-ной нечисти? И второе. Если ИПФ знает о существовании вампиров и не уничтожает их, всех и сразу, стало быть эти организации сосуществуют. И даже сотрудничают?
— Юлия, что ты говоришь!? — негодование было таким искренним, что я чуть не устыдилась. Но все равно не поверила. — Как у тебя язык поворачивается заподозрить Церковь в сотрудничестве с этими отродьями дьявола!?
— Молча. И в связи с этим возникает третий вопрос. Во что обошлась бы мне ваша помощь? Не получится ли так, что лекарство окажется злее болезни?
— Ты глубоко неправа, Юлия. Вы с подругой могли сразу же прийти в храм — и вам дали бы убежище и помощь. Но вам даже не пришло это в голову! Как глубоко простирается людское неверие!
— О tempora, o mores….[7] а что — открыты курсы по защите от вампиров?
— Бороться с нежитью — дело церкви, — провозгласил священник. Я тряхнула головой и оскалилась.
