Против силы ветра полностью

— По началу и я так подумал, но какова вероятность подобного совпадения? Даже газеты отрицают такую возможность. Конечно, никто эти дела особо не расследовал, но…

— Думаешь, за всем этим могут стоять войска Союза?

— Сомневаюсь, Александр. Какую выгоду мог принести армии пожар на плантации индиго, которое не имеет никакой ценности с точки зрения военных нужд?

— Отомстить капитану Вестерлею за нанесенный им ущерб? Свести счеты с его семьей за то, что он отправил на дно океана слишком много кораблей Союза?

Александр оставил вопрос без ответа и глотнул чаю. Оливер обнаружил его курящим трубку на главной палубе и они вместе отправились завтракать. Остальных пока не было видно. Лайнел все еще храпел в своей кровати, Вероника прошептала им из-за двери каюты, что плохо себя чувствует после ужина, а мисс Стирлинг по-прежнему никто не видел со вчерашнего вечера. Какое-то время они оба молчали, затем Оливер произнес:

— Тела так и не были найдены. Я имею ввиду тела моряков с «Персефоны», а не пострадавших при пожаре, если они, конечно, были.

— Таким образом, церемония в соборе Святого Людовика проводилась при пустых гробах, — сказал Александр. — Жест, чтобы почтить память капитана Вестерлея и его команды, впрочем, вряд ли это сильно утешило вдов. Бедная миссис Вестерлей, должно быть, была совершенно опустошена — в одну ночь потерять мужа и плантацию…

— Это не может быть случайностью, — настаивал Оливер. — Вчера мистер Стюарт ясно дал понять, что семейство Ванделёров было прогнившим насквозь. Если преследовавшая их неудача распространялась на всех, кто их окружал…

— Думаешь, что Ванделёры были прокляты, и именно поэтому капитан Вестерлей утонул без какого бы то ни было нападения?

— Понимаю, что все это звучит глупо, — признал Оливер, слегка покраснев от смущения, — но я не нахожу другого объяснения. Возможно, имеет смысл наведаться к руинам плантации, когда окажемся в Ванделёре. Пресса сообщала, что почти все было разрушено огнем, поэтому вряд ли кто-то решился приобрести это место.

— Да нет, в этом ты прав. Но лучше не рассказывай Лайнелу о своей теории относительно Виолы Ванделёр, иначе он всю поездку будет к тебе цепляться.

Они сели за столик у окна. Кто-то играл на рояле, стоящем за расставленными по помещению кадками с растениями, чьи листья касались черно-белых плиток на полу. «„Tristesse“ Шопена», — подумал Александр, глядя на океан, простиравшийся по ту сторону окна. Он был синим, что казался окрашенным, иногда меж волнами виднелись серые силуэты, сопровождавшие «Океаник» некоторое время, прежде чем исчезнуть. Наверное, это были дельфины. Александр снова повернулся к Оливеру.

— Я все думаю о том, что ты рассказал мне про груз «Персефоны», затонувший вместе с бригом. Что же они везли из Франции?

— «Каролтон Сан» пишет об огнестрельном оружии для армии Юга и товарах, которые стали редкостью из-за блокады. Все подряд — от женской одежды до табака, чая и кофе. Контрабанда, одним словом.

— Возможно, именно это и привлекло ко дну реки этого парнишку, Ривза, — задумчиво произнес Александр. — Затонувшие сокровища вполне могут привлечь внимание подростка, особенно если он не из обеспеченной семьи. Надо будет поговорить с соседями, чтобы выяснить детали произошедшего.

— Вот и отлично, — ответил Оливер, вытаскивая из кармана жилета конверт. — До Ванделёра еще далеко и у нас есть время заняться другими делами. Ты не знаешь, где тут можно оставить письмо для Эйлиш?

— Как раз на этой самой палубе есть почтовое отделение, — сказал Александр. Он отодвинул чашку и встал из-за стола. — Я пойду с тобой. Вчера лорд Сильверстоун сообщил, что на «Океанике» есть телеграф, но я еще не знаю где именно.

Они уже собирались уходить, когда услышали окрик: «Профессор Куиллс!». Женский голос позвал Александра из глубины зала. Мужчинам пришлось вернуться и обойти парочку буйно разросшихся растений, чтобы выяснить, кто это был.

— Леди Лилиан! — воскликнул удивленный профессор, увидев девушку, сидящую за роялем. — Значит, это вы аккомпанировали нам во время завтрака!

«Теперь я понимаю почему это было именно „Tristesse“»[65], подумал Александр. Взгляд девушки по-прежнему излучал печаль, как и во время вчерашнего ужина, а вот улыбка в отсутствие родителей была гораздо более открытая. Волосы цвета меди ниспадали ей на спину и были украшены серебряной заколкой.

— Я боялась, что официанты сочтут Шопена слишком тоскливым для развлекательного лайнера, но, к счастью, в данный момент народу немного, да и те заняты разговорами. — Она увидела Оливера и улыбка засияла еще больше. — Доброе утро, мистер Сандерс. Очень рада снова видеть вас! Вы прогуливаетесь по «Океанику» в поисках вдохновения?

— Не совсем, миледи. Скорее, ищу способ, как перенести мое вдохновение на все это. — Оливер показал ей конверт в своих руках. — Вчера вечером я написал письмо своей жене и теперь направляюсь в почтовое отделение.

При взгляде на конверт, глаза леди Лилиан заблестели.