Но, как утвердилось в современной официальной точке зрения, И.В.Сталин, в категорической форме настоял на утверждении предложенного им плана военной кампании на 1942 г., который в итоге практически провалился и закончился крупными поражениями советских войск, особенно на юго-западном стратегическом направлении. Другой серьезный просчет вождя, по мнению официоза, состоял в том, что он, полностью доверившись руководству военной разведки, возглавляемой в тот период генерал-майором А.П.Панфиловым, отдал приказ о переброске на Западный фронт значительных воинских резервов и боевой техники с других стратегических направлений и фронтов. В данном случае роковую роль сыграло то обстоятельство, что советские разведчики попались «на удочку» германской военной разведки – «Абвера», возглавляемого адмиралом Ф. Канарисом, агенты которой смогли убедить их, что весной 1942 г. начнется новое генеральное наступление на Москву под кодовым названием «Кремль». (Е.Ю.Спицын. «Россия – Советский Союз. 1917–1945 г.г. Полный курс истории России. Книга III, с. 353–354).
Примерно так считает и большинство историков, усиливая или ослабляя при этом негативные оценки в адрес Сталина. В целях разобраться в причинах очевидных неудач Красной Армии при осуществлении 4-х основных наступлений, предпринятых в зимне-летнюю кампанию 1942 г., автор обратил более пристальное внимание на то, кто их инициировал и руководил ими, как они развивались, и мог ли быть иной исход, насколько справедливы общие выводы.
Но предварительно сделаем несколько общих замечаний.
Во-первых, в отношении успешной операции «Кремль», проведенной гитлеровской разведкой. Противником было сделано все, включая радиодезинформацию, чтобы план операции «Кремль» стал известен командованию Красной Армии, – считает историк А.М.Самсонов, – но, по его мнению, эта хитрость удалась врагу лишь в какой-то мере. (А.М.Самсонов, академик АН СССР, доктор исторических наук, автор трудов по истории Второй мировой войны…. Замыслы сторон на лето 1942 г. http://historic.ru/books/item/f00/s00/ z0000166/st004.shtml).
Во-вторых, разведка все доложила точно. Она доносила в Генеральный штаб: «Германия готовится к решительному наступлению на Восточном фронте, которое развернется
В-третьих, данные разведки как раз не были полностью учтены. Ставка и Генштаб исходили из того, что самая сильная группировка вермахта в составе 70 дивизий продолжала находиться на центральном участке советско-германского фронта, по-прежнему угрожая столице. Поэтому представлялось наиболее вероятным, что главный удар враг нанесет на московском направлении. «Это мнение, как мне хорошо известно, разделяло командование большинства фронтов» (А.М.Василевский. Дело всей жизни. 2-е изд. М. с. 206). То есть, не один «неуч-дилетант» Сталин так считал, но и
Ожидая, что противник основной удар будет наносить на центральном направлении, Ставка сосредоточивала стратегические резервы в районах Калинина, Тулы, Тамбова, Борисоглебска, Вологды, Горького, Сталинграда, Саратова, считая, что в зависимости от развития событий на фронте они могут быть использованы как на юго-западном, так и на западном направлении (История второй мировой войны. 1939–1945. Т. 5. с. 143). То есть, возможность наступления в южном направлении при стратегическом планировании расположения войск учитывалась.
В-четвертых, «Верховный Главнокомандующий согласился с выводами и предложениями начальника Генштаба, – пишет А.М.Василевский, – но приказал одновременно с переходом к стратегической обороне предусмотреть проведение на ряде направлений частных наступательных операций: на одних – с целью улучшения оперативного положения, на других – для упреждения противника в развертывании наступательных операций. В результате этих указаний было намечено провести частные наступательные операции под Ленинградом, в районе Демянска, на смоленском, лъговско-курском направлениях, в районе Харькова и в Крыму». (Там же).
А теперь о самих операциях.
