— Попробую. Изначально комиссия была создана с целью добиться стратегического замирения между СССР и США. Андропов вышел на нас с предложениями о прекращении холодной войны. Он выразил готовность трансформировать СССР в … нечто более приемлемое для нас. Режим, не представляющий для нас угрозы. Что-то вроде социал-демократии шведского образца. При условии, что СССР допустят к разделу пирога, а его самого и его людей — признают как элиту. То же самое должно было быть проделано им с государствами Восточного блока — постепенная неторопливая транформация. Обновленный СССР должен был стать для США значительным торговым партнером, наши фирмы нуждались в рынках сбыта, в нормальных рынках сбыта, понимаете? Мы продаем вам зерно — а могли бы продавать автомобили и оборудование и если бы не КОКОМ[301], лезущий куда не надо — продавали бы. Черт, если бы не эти идиоты… мы могли бы первый раз в мировой истории завершить геополитический конфликт миром.
— Вы полагаете, сейчас он разрешится войной?
— Это неизбежно… можно мне воды?
— Пожалуйста…
Бульканье воды, громкое — видимо, стакан стоит рядом с микрофоном. Даже слышно, как лопаются мириады маленьких пузырьков газа.
— Так вот… Рейган изменил политику… этот парень хочет крови… много крови. Ему не нужен мир, ему нужна победа.
— А… шахматистам — победа не нужна?
— Победа бывает разная. Самая лучшая победа — это победа, одержанная без войны, возможно, вы поймете меня. Если СССР начнет покупать наши автомобили, наши станки, начнет продавать нам газ и нефть это что — победа? Уж явно — не поражение. Но ваш Андропов умер, а договоренности в большей степени держались на нем. На страхе перед ним. Рейган же поставил перед переговорной командой совсем другие приоритеты.
— Какие же?
— Максимальное ослабление СССР даже в ущерб нам же. Развал ОВД. Дестабилизация обстановки в Европе чтобы не допустить ее конкуренции с нами в перспективе. Достижение полного военного доминирования США.
— Но разве это плохо — для вас?
— Плохо. Для нас — это плохо. Это хорошо выглядит только на экране телевизора.
— Почему же?
— Потому что надо заглядывать в будущее. Мир не может существовать с одним центром силы. Никто до Рейгана всерьез не ставил для себя цели уничтожить СССР. Если СССР не будет — бесчисленное множество проблем от вас унаследуем мы. Их надо будет решать — деньгами и, безусловно, кровью.
— Вы утверждаете, что Рейган поставил план победить СССР военным путем?
