Азраил упал на замершую землю и заскользил по её поверхности, всё время смеясь. Дикий восторг заслонил даже боль от переломов, к тому же жажда мести разожгла костёр силы. Сила демона волнами запульсировала во владыке ледяного голода, быстро сращивая рёбра. От тела повалил жгучий холод, мгновенно обращающий в лёд ил и землю. А демон всё смеялся и смеялся, ведь на его глазах злейший враг вновь попрал все законы мира и поднялся на ноги. Это значило, что теперь он лично сможет вонзить меч в его сердце. Растоптать волю и, в конце концов, сожрать утолив голод. Тем временем Цербер тоже почуял неладное. Резко развернувшись, он уставился на дочь Создателя, медленно бредущую в его сторону.
— Невозможно! Как ей удалось восстановиться?! Ведь сила почти покинула её и что это за запах? — злобный волк резко втянул трескучий от мороза воздух. Радость мелкой победы исчезла, как дым.
Нечто с интересом разглядывало огромную тушу врага, спокойно и плавно шагая ему на встречу. Чёрный плащ с чудными цветами развевался за спиной, а на лице играла приятная улыбка. Но, не смотря на внешнюю красоту и спокойствие, древний зверь ощутил в ней нечто совершенно новое. Неистовый поток неведомой Церберу силы пронизывал приближающееся существо.
— Это не она… Тоже тело, но совсем другой запах, если бы я не видел её своими глазами ни за что не поверил бы, что это дочь Создателя, — пробормотал волк, совершенно сбитый с толку.
— Её тело, оно… не могу понять. Как будто что-то лучится внутри, как свет солнца сквозь листву, — тихо прошептал мудрый сокол и сделал шаг назад. К своему стыду, страж Чревоугодья испугался. Сначала он даже не понял, что конкретно испытывает, ведь это чувство давно покинуло его. Став стражем он сроднился с силой перестав быть живым существом в полной мере. Какая-то его часть навечно срослась с Чревоугодьем, подпитывая круг и поддерживая его существование. И прямо сейчас он чувствовал, как огромная опасность нависла над судьбой его мира. Она медленно приближается к нему, сокрытая внутри человеческого тела в черном плаще.
Совсем другое дело Азраил. Он не терзал себя не рассуждениями ни тем более страхом, вовсе нет. Не обращая внимания на Цербера, он сосредоточил все свои мысли на заклятом враге. Светло-голубая буря поднялась с новой силой и закружилась над пустошью. Снежинки и крупицы льда плотной завесой встали вкруг, скрывая мир уже в трёх шагах. Словно осы они набросились на живые тёплые тела. Подчиняясь воле хозяина, они кололи и терзали, оставляя длинные царапины на коже и пытаясь разорвать чёрный плащ, однако походка Граниоставалась плавной и спокойной.
— Теперь мы точно уверены. Ничто не может ощущать боль и холод. Мы живы и можем сразиться с врагами, — говоря это, мужчина широко улыбался, а его глаза горели детским восторгом первооткрывателя.
Повинуясь наитию, он взмахнул рукой, и внутренний свет единства мгновенно отогнал буран на почтительное расстояние, как свет и тепло костра отгоняет тьму ночи. Затем он привычно провел рукой по волосам. Слегка удивившись их длине, нечто потянуло прядь и довольно созерцало, как волоски скользят сквозь пальцы. Момент был поистине прекрасен — морозный воздух, серебристый поток волос и радость быть живыми. В следующий миг на границы бокового зрения мелькнула тень, и мужчине пришлось резко отпрыгнуть в сторону. Гигантский меч с широким лезвием пронёсся в паре сантиметров от кисти, начисто срезав длинную прядь волос и обдав сознание жгучей яростью и злобой.
Азраил чертыхнулся, промазав по зазевавшемуся противнику, и постарался перевести вертикальный удар в горизонтальную плоскость, чтобы настичь его после разворота. Кроваво красное лезвие вспороло воздух и крутанулось по кругу, однако, и в этот раз недостигло цели. Напрягая мышцы, владыка голода остановил движение, и хотел было отскочить в сторону, чтобы понять, куда делся враг, как вдругчья-то рука крепко схватила его за локоть. Обернувшись назад, он успел увидеть искажённое гримасой ненависти лицо с голубыми безднами глаз, а потом последовал жестокий удар по ребрам. В глазах мгновенно потемнело, и долю секунды Азраил был на грани потери сознания. Только он сумел справиться с помутнением, как второй ещё более сильный удар пришелся в его челюсть.
