«А что, если поделиться с Германом проектом своего стартапа? Не какой-то там проект, а именно стартап» – очень Косте нравились новомодные слова. Была у Кости идея, насчет бургерной. Первой бургерной в Нижегородске. Пока одну откроет, а дальше и до сети недалеко. Даже название придумал: МАКО. Так называется одна из самых мощных и быстрых акул. Ну, и по первым двум буквам имени жены и его имени: МаКо. И звучит красиво, и по динамике Костиной подходит: он точно быстрый, мощный и видит цель. Даже бизнес-план имелся. Там все расходы учтены. Место уже даже присмотрел: на вокзале есть хорошее местечко, правда там сейчас узбеки шаурму продают и пирожки, но ничего, Костик знал, что сумеет договориться с директором вокзала. В общем, на открытие бургерной требовалось 2 миллиона 120 тысяч. Не больше и не меньше. По подсчетам, бургерная окупилась бы через полгода, максимум 8 месяцев. Сейчас бургеры, чизбургеры популярны, как никогда. А Макдональдс никогда не доберется до Нижегородска. Будет первым в городе!
– Ну, что там в облаках витаешь? – прервал думы Кости Герман. – Давай выпьем за то, что встреча наша неслучайна. Ты мне нравишься: молодой, целеустремленный. Давай, Костян, за тебя!
Герман влил в себя полстакана коньяка и закусил куском сыровяленой колбасы. Внимательно посмотрел Косте в глаза.
– Ты все время о чем-то думаешь? Не поделишься мыслями?
– Да, есть одна мысль. Ты, Герман, человек серьезный и видно, что порядочный. Есть у меня стартап. Сеть бургерных хочу открыть у себя. У меня и бизнес-план есть. Я все просчитал, до копейки. И затраты, и прибыль. Давай, ты выступишь инвестором? Войдешь в состав учредителей! Пятьдесят на пятьдесят. Как идея?
– И большие вложения требуются? – заинтересованно спросил Герман.
– 2 миллиона 125 тысяч, – четко произнес Костя.
– Хм, немаленькая сумма. Давай выпьем, и я тебе отвечу. – Герман разлил остатки второй бутылки, получилось почти по стакану.
– За успех твоего предприятия! – сказал он и осушил двумя большими глотками стакан. Вилкой зацепил большой кусок буженины. Закатив глаза, произнес: «Как же я люблю мясо. Восемь месяцев в основном рыба и гады морские. Выйду на берег, и сразу в мясной ресторан. С кровью стейк заказываю, на килограмм, такой, степени прожарки rare, сочный. Люблю мясо, особенно если бычок молодой. Так вот, Костя. Могу я тебе помочь. То, что ты предложил, интересно, конечно. Но не мне. Ну, ты сам подумай: как я в океане буду отслеживать работу твоей бургерной? Но деньги дать могу. За услугу. Тебе ведь три ночи со мной ехать?»
– Ну, да в 5-30, через три дня прибываем в Шимохино.
– Ты видел у меня в портмоне три пачки по 5000 рублей? Там три миллиона. Так вот, я отдам тебе эти три миллиона… за три ночи с тобой. Лям за ночь.
Понимаю, предложение не совсем стандартное, но прошу, не руби сгоряча. Обдумай. Уж больно ты мне понравился. Как только ты вошел, сразу себе сказал, что ты будешь моим.
Сказать, что Костя охуел от такого предложения – это ничего не сказать. Ему предлагали стать пидором. То есть тем, за кого он ехал наказывать в Шимохино. Внутри у него все кипело, он встал, обошел стол и резким и хлестким ударом кулака в челюсть вырубил Германа. Затем вышел коридор поезда, прошел в тамбур и открыл дверь поезда. Очень хотелось свежего воздуха. Дышать и дышать, полной грудью.
Он сел на ступеньки, сибирский ночной ветер трепал его волосы. Несмотря на то, что алкоголь туманил рассудок, он старался думать трезво. Если быть точнее, в этот момент в нем боролись и вели диалог две его сущности: трезвый, рассудительный, здравомыслящий, богоугодный Константин и пьяный, алчный, безрассудный Костян. Пьяный Костян наступал:
– Твою мать, три миллиона. Да тебе лет десять надо, чтобы заработать такие деньжища. Ты только подумай, как мы развернемся.
В это же время в другой части мозга протестовал Константин:
– Упаси тебя Бог от таких грешных мыслей. Я вообще был против всей этой авантюры с поездкой. И что же получается: ты едешь разбираться с невежей, который тебя и близких непотребными словами обозвал, так ты еще раздумываешь о том, чтобы этим непотребным словом и стать.
– Да забей на все, Костян. Этот мент, в своем мухосранском Шимохино, никогда не узнает про это. Никто никогда не узнает! Ну ты подумай, три ляма!!!
– Константин, одумайся, ты же не проститутка – ты муж и отец, работаешь на благо горожан.
– Да какие горожане, ты о себе, Костян, подумай. Не надо подношений ждать, премий.
– Зато твоя совесть чиста будет. Хватит грехов, о жене подумай.
– Да, да, Костян, ты о Марине подумай. За пять лет, что вы вместе, когда вы в последний раз за границу уезжали? Я тебе напомню: на свадьбу вам твой отец отдых в Турции проплатил. А здесь! Да вы во Францию сможете слетать, на Мальдивах погреться, в Италию сгонять. Разве Марина против этого?
– Марина точно против, чтобы ее мужа имел здоровенный мужик. Константин, одумайся. Ты же не проститутка, чтобы тебя покупали.
