Колонна растянулась на несколько лиг. Тропа была узкой, больше подходящей для козьих копыт, чем для людских ног. И все же через перевал шли люди… Эти седые камни уже много веков не видели такого количества людей — десяток за десятком, сотня за сотней шагали воины, волоча за плечами тяжелую поклажу. На их лицах были написаны усталость и злоба, сквозь зубы вместе с паром дыхания прорывались негромкие ругательства, а взгляды, бросаемые на командиров, пылали жаждой мести.
Эммер — равнинный мир. Ближе к побережью долины переходят в предгорья, а там — и в настоящие горы, но горы эти никому особо не нужны. Вернее, есть те, для кого скалистые кручи — источник и пропитания, и даже богатства. Но к чему эти заснеженные вершины воинам? Кавалерия предпочитает ровные, как стол, поля — именно там закованная в сталь конница может показать всю мощь своего удара, разогнаться, врезаться в ряды противника, словно нож во влажный, рыхлый снег. Да и пехота — не лучники и пращники, а элита, тяжелая латная пехота, прекрасно осознающая непоколебимую мощь плотного, щит к щиту, строя, — не любит узкие горные тропы. Ведь здесь в случае опасности придется сражаться, не чувствуя поддержки товарищей. По сути — сражаться в одиночку. На узкой тропе, где с одной стороны отвесная скала, а с другой — пропасть, даже небольшой отряд способен остановить продвижение целой армии.
Где-то в середине колонны раздался вопль, затем — грохот осыпающихся камней. Оступившийся солдат покатился вниз с тропы, увлекая за собой поток щебня. К счастью для него, самое опасное место осталось позади, и он отделался лишь в кровь разбитым лицом и порядком счесанными руками. Ему кинули веревку — влезть вверх по мелким, готовым в любой момент сорваться лавиной камням без помощи, да еще и с тяжеленным мешком за плечами, было немыслимо. Но и с веревкой получилось не ахти как — пару раз он падал, после чего товарищи одним дружным рывком буквально выдернули его на тропу.
В иное время этот маленький эпизод послужил бы поводом для множества подначек и довольно злых шуток. Но сейчас все слишком устали… неловкий солдат отер кровь, вновь занял свое место в строю и мерно зашагал вперед, изредка сплевывая красноватую слюну с разбитых губ.
Там, в долине, за армией идут обозы… Быки или лошади, впряженные в огромные телеги, волокут провиант, припасы, палатки и детали стенобитных орудий. Пехота идет налегке — высланные вперед дозоры вовремя предупредят латников, и те успеют разобрать с телег свое оружие. Солдат, отшагавший несколько часов в полном боевом облачении, — никуда не годный боец. Солдат, не получивший на привале горячую еду, — никуда не годный боец. Солдат, в кровь сбивший ноги… да, он плохой солдат, раз допустил это, но если уж неприятность произошла, безногий солдат — не боец.
Там, в долине, за армией воинов едет еще одна армия… армия поваров и шлюх, интендантов и писарей, кожевенников и кузнецов, лекарей и могильщиков. Любой полководец знает, что солдат — тот же меч. Если хочешь, чтобы оружие не подвело тебя в бою, не забывай ухаживать за ним между сражениями… Ухаживать как следует — и клинок отплатит тебе, не провернется в потной ладони, не сломается от удара о край щита, не затупится, рассекая кирасу врага.
Те, что шли сейчас через горы, были хорошими солдатами. Умели терпеть холод и голод — провизии с собой взяли в обрез, и любая задержка в пути могла стать катастрофой. Владели любым оружием — но брать с собой пришлось то, что полегче. Специально учились ходить по горным тропам…
— Эй, десятники! — крикнул офицер, возглавлявший колонну. — Связаться по десять! И передайте команду дальше…
Солдаты торопливо опоясывались веревками. Десятники следили, чтобы узлы были затянуты как следует — сейчас от прочной веревки и надежного узла жизнь зависела сильнее, чем от меча или щита. Команда была дана не зря, тропа снова становилась опасной, еще одна пропасть — и узкий карниз, нависающий над ней.
Эти горы не без оснований считались непроходимыми. Отряд, вышедший из гуранского лагеря, уже сократился на дюжину бойцов, и никто, от рядовых до командиров, не сомневался, что это — не последние потери. Просто каждый надеялся уцелеть. А потому сейчас все старательно вязали узлы. До привала далеко — предстояло пройти еще много лиг, и, если повезет, уже через день отряд спустится в долину, где можно будет отдохнуть.
Офицер первым ступил на карниз, сделал осторожный шаг, затем еще один… солдаты гуськом двинулись следом, стараясь, насколько возможно, не приближаться к краю тропы и не смотреть вниз. По словам проводников, шедших впереди и уже добравшихся до относительно безопасного места, это был самый трудный участок — дальше должно быть полегче. Правда, холод останется с отрядом на протяжении всего перехода, да и развести огонь на этих камнях было не из чего… но лучше жевать холодное вяленое мясо, мерзнуть и рвать сапоги о стылые камни, чем…
