Иворуа, терявший сознание, не до конца понимал, что происходит, поэтому не обратил внимания на слова существ. Его взгляд был устремлен на происходившее на дороге, где молния поразила трех орков, а несколько фаерболов сожгли заживо троллей топорометателей. В пехотинцах проснулась какая-то животная ярость, и они бросились на добивание зеленокожих существ, в рядах которых возникла паника. Некоторые из имперцев начали метать дротики в троллей и гоблинов. Другие бросились в рукопашную на орков, не боясь идти в бой один на один, уверенные, что победа останется за ними. Иворуа было знакомо такое чувство присущее людской расе, чувство опьяняющее, чувство близкой победы, когда в виски приливает кровь, вместо мыслей в голове кружит какое-то безумие неподдающееся никакой логики и разумным объяснениям. В такой момент в людях просыпалась невиданная обычно жажда убивать в преддверии легкой победы. Такова была природа человека в бою.
Имперцы давили, и орки, гоблины, тролли падали, сраженные стрелами, мечами, дротиками и магией на земь. По дороге растекалась кровь тут же смешивающаяся с пылью подошвами сапог хумансов из эскадрона. Из леса послышался боевой клич троллей.
- Они идут. Старшие идут, да-да, идут, – тролль, державший в руках Гурдуна, закивал головой.
Иворуа увидел, как в лесу, по ту сторону дороги, возникли несколько огромных силуэтов. Это не были тролли. Это было нечто намного больше обычного тролля, гораздо больше, в разы. У темного чуть не отвисла че-люсть, когда он увидел появившегося среди деревьев ростом по самую крону огромного тролля, державшего в руках какой-то булыжник. Тролль яростно рычал, воздух со свистом выходил через ноздри, наружу показались огромные клыки размером с руку Иворуа. Существо спрыгнуло на дорогу и метнуло камень прямо в гущу эскадрона. Булыжник, вращаясь в воздухе, ворвался в строй имперцев и размазжил, как букашек нескольких человек по дороге. Рядом с первым троллем появился второй. Он держал в руках двух магов. Иворуа с ужасом увидел, как барахтающийся совсем молодой юноша в сером плаще обмяк в руке тролля. Великан поднес его ко рту и перекусил мага пополам. Он выбросил тело на дорогу. Второго мага тролль, перехватив за ноги, со всей силы ударил об ствол дерева. В ушах эльфа повис хруст ломаемых костей. Тролль выбросил тело в лес и двинулся к строю хумансов, в котором уже началась паника.
Что происходило дальше, Иворуа не видел. Их компания свернула за границу Торианской Империи и сражение людей с орками, гоблинами и троллями исчезло из его поля зрения. Они удалялись в пустошь.
Тарибор был великолепен в своем величии. Сорах, затерявшись на улицах большого города, ходил, с любопытством озираясь по сторонам, не в силах скрыть того волнения, которое бывает у каждого, кто впервые попадал в большой город с вековой историей и оказывался пленен его своеобразной магией переулков, живых, казалось бы говорящих с тобой, домов, множеством ярмарок, самой жизнью так и бившей в Тариборе ключом. Тарибор напоминал Сораху большой муравейник. Люди здесь сновали туда сюда, кто по делу, а кто как и он просто так не найдя себе занятие этим днем. И таких было большинство. Именно для таких беззаботно слонявшихся по улицам города людей, выкрикивали свои кричалки местные клоуны, выклянчивая у прохожих медный пятак, играли бродячие музыканты, которых было полным полно на каждой улице, упражнялись в мастерстве гимнасты. Сораху даже показалось, что если собрать их всех в одну кучу, то получится неплохой передвижной цирк, с которым можно будет гастролировать по всему Ториану. В основном число горожан составляли люди. Но иногда на глаза магу попадались гномы, а один раз он даже увидел мелькнувшего в толпе зеленокожего орка, так называемых предателей родных земель. Естественно, не обходи-лось тут и без гоблинов, тех, кто смирился с ролью слуг и, покорно опустив голову, сопровождал везде своих господ.
