Гоблин внимательно посмотрел на Иворуа и, подойдя ближе, положил свою зеленую ручку ему на лоб, чтобы проверить, нет ли у эльфа жара. Убедившись, что с ним все в порядке, он пожал плечами.
- А… ты тоже говорить-говорить про погоня. Шамана орка говорить, что Тыф бредить про черные кони-кони и белые всадники и про то что ваша отравили-отравили.
- Все так и есть – настороженно кивнул Иворуа – Почему он бредит? Разве вы не видите в каком состоянии Тыф, а Гурдун. Он же отравлен!
- Не, – протянул гоблин. – Шамана орка и шамана гоблина говорить-говорить что у них переутомление.
Темный промолчал. Ничего себе переутомление, когда один из «переутомленных» без сознания, бледный, у него жар, и он борется за свою жизнь. Разве это переутомление и у него такие симптомы? Иворуа не разбирался в медицине, но был уверен, что переутомление выглядит по другому. Можно было переутомиться в пути,… но не настолько же.
«Получается, отряд всадников не видел никто кроме нас?» - подумал Иворуа.
Получалось именно так. Оставалось воспринять это, как факт. Какого либо объяснения случившемуся у эльфа просто не было.
Гоблин, видя, что Иворуа о чем-то задумался, посмотрел на него как-то исподлобья.
- С твоей все в порядке?
- Да, порядок. Просто удивляюсь, что порой такое может привидиться, – ответил эльф.
- Ну, тогда пей похлебка, отдыхай, а моя уйти-уйти. Вечером должен состояться большой собрание, и ты туда ходить-ходить. Набирайся сил. Мы с орка и тролля ждали этого часа, – сказал гоблин.
Он поднялся с коврика и некоторое время стоял, молча смотря на костер, где еще варилось два горшочка с похлебкой. В глазах Сегруна читалась решимость. Гоблин повернулся к Иворуа.
- Моя думать, что наша выиграть вместе с союзниками, – он вышел из шалаша.
Темный проводил его взглядом. Зеленые жители пустоши были готовы к войне. Он чувствовал их решимость. Каждый из них наверняка понимал, что это может быть последний бой и последний день жизни, который он проживет в этом мире, в Ториане. Но каждый из них был готов идти до конца. Эта решимость подкупала и делала из тех существ, которых эльфы называли низшими расами, если не непобедимыми бойцами, то верными союзниками и отважными войнами. Иворуа знал это.
Пламя поднималось высоко в небеса. Иворуа никогда за свою жизнь не видел такого огромного костра, как разожгли посереди бескрайних степей пустоши местные жители. Диаметром добрые двадцать футов, круг пылал разными цветами радуги. В воздухе повис запах горящей смолы. Трещали бревна величиной с человеческий рост, пожираемые языками пламени, игрались в воздухе искры, подхватываемые холодным ветром. От костра шел широкий шлейф дыма, тянущийся вверх на целую милю, пока ветер не подхватывал его там и не разгонял по небу в разные стороны. Зрелище было воистину завораживающим. Неподалеку от костра Иворуа заметил небольшую бурную реку, наверное, единственное в этих краях, что избежало вечной мерзлоты и бурлило, живя своей отдельной от пустоши жизнью.
