Тунда сплюнул слюну вперемешку с кровью, накопившейся во рту, и вытер губы рукавом, молча наблюдая за развернувшейся картиной. Теперь самое время помочь бойцам и добить этих наглецов, возомнивших о себе невесть что. А пока хозяин не пришел в себя или чего больше не передумал продавать лошадей после того, как они разбомбили всю его таверну или не вызвал какую-нибудь эльфийскую стражу, нужно валить отсюда на всех порах. Гном развернулся к продолжавшим сражаться товарищам, готовый броситься на подмогу, по пути подобрав кинжал или топор, которые он потерял во время драки с Гектом и его наемниками, как вдруг дверь таверны распахнулась.
- Именем лесного закона повелеваю прекратить драку! – послышался голос из коридора. Тунда обернулся. На пороге стояли эльфы все как один наряженные в туники с гербом, на котором была изображена Рубиновая скала. Не успел Тунда сосчитать и восьми эльфов, как в таверну ворвалась еще целая дюжина, а затем еще. Туники всех до одного эльфов были цвета черного дерева кроме одного, видимо того эльфа который говорил приказ – через его тунику шла зеленая полоса. Каждый держал в руках копье готовый метнуть в того кто осмелиться нарушить приказ главного.
«Тридцать два» - Тунда закончил счет.
Нет, на закрытом пространстве сопротивляться было бесполезно. Они превратят тебя в решето, пока ты успеешь что-то предпринять. Прекратили драку и его бойцы, впрочем, как и наемники Гекта. Они поднялись с пола и как-то виновато отряхивались и рассматривали разводы крови на одежде и доспехах. Только сейчас Тунда заметил, что кроме них в таверне не было никого. Все посетители и даже хозяин со своими помощниками исчезли. В голове проскользнула мысль, что исчез и мешок золота, который Тунда отдал этому старому мерзавцу за лошадей. Зал таверны представлял собой поле боя. На каменном полу лежало несколько трупов, к парочке которых Тунда самолично приложил руку. Вся мебель в таверне была превращена в дрова, которыми теперь разве что можно было топить печь. Побитая посуда, раскиданные остатки еды, разбитых бутылок и перевернутых кружек с пивом. Единственным звуком, который теперь разносился по залу таверны, был тяжелый стон Гекта, лежавшего на полу.
«А хорошо повеселились» - подумал гном.
Он тяжело вздохнул и, дав команду своим бойцам сдаваться, поднял единственную рабочую руку вверх над головой, вторая с трудом поднялась до груди, налившись свинцом.
Иворуа шел неспеша, то и дело, озираясь по сторонам. Земли местного вольного феодала, как их по-другому называли здесь - аллод, до которых еще не дошла вся тяжесть налогового бремени Империи, выглядели как-то,… наверное, странно. Другого слова Иворуа просто не мог подобрать. Раскинувшиеся по всему горизонту поля казались заброшенными, только кое-где можно было увидеть одинокого крестьянина с волом обрабатывающего свою пашню. Но большинство люда будто бы напрочь забыли о том, что нужно собирать урожай, о предстоящей зиме, о зревшей пшенице. Земли как будто вымирали. И эльф, безусловно, знал причину этого. На Империю свалилась неведомая доселе по своим размахам беда, эпидемия Черной смерти, Чумки как называли ее его друзья. Эпидемия косила тысячами жизни людей, не выбирая, а подгребая под себя всех подряд. Он несколько раз ходил через эти земли и прекрасно помнил, как когда-то здесь было людно, и в аллодах цвела жизнь. Теперь же Черная смерть выбрала земли северо-восточных аллодов для своего удара среди первых. И никто ни могущественный Арканум, ни даже сам император Нравон не могли с этим ничего сделать. Черная смерть собирала свой урожай, и было неизвестно, когда Чума, насытившись, покинет земли Ториана раз и навсегда.
