– Сердца хакатури используют во многих областях. Они нужны не только для того, чтобы путешествовать между мирами, как это делают сами демоны. В основном их и их производные применяют в области медицины. А еще, как это не парадоксально, раствор, приготовленный по особому рецепту с использованием измельченного в порошок кристалла, отпугивает самцов хакатури. При условии, что они не заняли тело носителя. Видела рисунок на моей маске? – Он кивает на маску, лежащую на приборной панели. С нее на меня скалится волчья пасть. Медленно киваю, и Картер тут же продолжает: – Рисунок на ней выполнен краской, разведенной в этом растворе. Раствор действует не только на самцов, но и на самок. Если бы сердце, с помощью которого ты попала в мой мир, было покрыто этим раствором, то у тебя его бы не отняли.
Некоторое время в машине сохраняется тишина, задумчиво смотрю в окно, но почти не замечаю мелькающих за окном домов. Мотор работает настолько тихо, что я слышу, как Ники негромко вздыхает на заднем сиденье. Мне хочется задать кучу вопросов по поводу их мира, по поводу демонов, узнать про условия жизни здесь, но я этого не делаю. В первую и самую главную очередь я пришла сюда с другой целью. Поэтому отбрасываю любопытство и перехожу к сути.
– Чем я могу помочь папе?
Картер кивает, будто ждал этого вопроса.
– Я уже говорил тебе, что прибор, над которым работает доктор Грант, в данный момент неисправен. Чтобы починить его, нужны дорогостоящие детали. Но отдавать несколько сотен сердец за горстку болтиков и микросхем ни один из нас не имеет никакого желания. Поэтому мы просто украдем их.
Удивленно моргаю. Такого поворота событий я никак не ожидала. Смотрю на невозмутимый профиль Картера, потом оборачиваюсь. Глаза Ники блестят от предвкушения и азарта. Максин кивает мне, будто подтверждает правдивость слов Картера.
– Они ведь знают, какие именно детали вам нужны? – на всякий случай спрашиваю я.
Картер едва заметно поджимает губы.
– Знают, – подтверждает он.
– Когда они заметят пропажу, то догадаются, кто взял то, что ему не принадлежит, и тогда ни о каком мире между вашими городами не станет и речи.
– Мы устроим все так, что они не догадаются о том, кто устроил кражу, – встревает в разговор Ники.
Недоверчиво качаю головой.
– И как же?
– Мы прихватим еще и кое-что другое, что нужно кое-кому другому. Собьем этих выродков со следа.
Не знаю, какие умственные способности у тех отвратительных людей, которых нам предстоит обворовать (о боже, я уже всерьез думаю о воровстве), но если у нас все выгорит, то сомнений не останется – те, кто живет в Восходе, непроходимо тупы. Будем надеяться, что так оно и есть.
Понятия не имею, что придумал Картер, но мне ни разу в жизни не приходилось воровать. Если не считать того случая в аптеке, когда я вытащила Бриттани из дома Тревора. Но это не считается. Если бы аптека работала, я бы заплатила за несчастные бинты и антибиотики.
– Какова моя роль во всем этом? – интересуюсь я, отбросив мысли о предстоящем разбое.
– Как только доберемся до Восхода, осмотримся на местности и решим, что делать, – спокойно сообщает Картер, а после небольшой паузы добавляет. – Скорее всего тебе придется стать отвлекающим маневром.
Не сдерживаюсь и смеюсь, закрываю глаза ладонью и качаю головой. Что это, если не судьба?
– Мне снова придется играть роль приманки? – на всякий случай уточняю я.
– Да, – подтверждает Картер.
Похоже, единственное, на что я способна, по мнению всех, кто меня окружает, – быть наживкой для рыбы покрупнее. Вот только сейчас эта "рыба" совсем другого сорта, ей не нужна моя плоть и кровь, чтобы утолить голод. У меня нет никакого желания думать о том, для чего я ей понадоблюсь и что мне предстоит сделать, чтобы привлечь внимание хищника. Ведь от одного только воспоминания о том,
Из города выезжаем примерно через час после старта и почти постоянно едем строго на юг. В некоторых местах дорога довольно сносная, в других – отсутствует вовсе, поэтому приходится терпеть ужасную тряску. Несмотря на то, что в машине относительно тихо и можно беспрепятственно разговаривать, мы практически этого не делаем. Большую часть времени я обдумываю ту информацию, что у меня уже имеется, и стараюсь систематизировать ее в список, чтобы не упустить ничего важного.
Смотрю в окно, но картина за ним столь однообразна, что вскоре это занятие наскучивает. Изредка задаю вопросы, на них отвечают только Ники и Максин, Картер внимательно следит за дорогой, задумавшись о чем-то своем. За темными стеклами очков мне не видно его глаз, поэтому я не могу ничего в них прочесть. Да и вряд ли смогла бы, даже будь он без них.
