2028-й год. В мире что-то происходит. Мы этого не видим, потому что мы обычные люди. И даже спецслужбам не понятно, что творится на самом деле.Бывший спецназовец, а ныне боец известной ЧВК, Олег Леонов, волею случая оказывается вовлечен в гущу событий. Поначалу кажется что мир просто сходит с ума. Однако все не так просто, сойти с ума миру явно кто-то помогает…
Где-то, когда-то…
Третий нервничал. Нет, не так. Он был вне себя от ярости! Если бы этикет позволял, он бы сейчас громко заорал и разметал весь зал заседаний на кусочки. Но так было нельзя. Он мысленно застонал, сжал кулаки так, что ногти впились в ладони до крови. Боль немного привела его в чувство. Он открыл зажмуренные от злости глаза, и, подняв голову, осмотрел коллег, сидящих перед ним.
Его доклад длился уже около часа, и настроение присутствующих отнюдь не было благоприятным для Третьего. Еще бы, ведь задача, которую ему поставили много лет назад, так и не была выполнена. Он старался, сделал для этого очень многое, и, казалось бы, осталось совсем чуть, но…
Тем не менее, доклад следовало закончить, несмотря ни на что. Он глубоко вздохнул и продолжил:
– В итоге это было ограниченное применение ядерного оружия малой мощности. Дважды, одной стороной конфликта. Само применение в военном отношении не имело смысла, это была акция устрашения, и она сработала. И на этом все быстро закончилось.
Зал загудел. Слышались неодобрительные голоса, в том числе и в его адрес, но Третий уже взял себя в руки.
Он поднял голос, чтобы его слышали все:
– Коллеги, прошу успокоиться! Я не меньше вашего ждал, что этим все не ограничится, и мы сможем вмешаться. Но другие стороны не успели сделать свою бомбу. Хотя мы делали все, для того чтобы предоставить им такую возможность. Но они не успели, и текущая война на этом закончилась, так что…
Третий развел руками.
– А почему они не применили ядерное оружие еще раз, против других целей? Почему не применили другие виды оружия массового поражения? Мы знаем, что у них оно есть, и в немалом количестве – задал вопрос Куратор, с которым у Третьего были давние трения.
– Общественное мнение против, они союзники и только что воевали рука об руку против общего врага. И победили. Население бы этого не поняло. Кроме того, ядерных зарядов и было всего два, оба были использованы. А химическое и бактериологическое оружие имеет негласное табу, которое мы у них не смогли преодолеть.
– Но вы же понимаете, что надо что-то делать? – бросил неприязненным тоном Куратор, который всегда недолюбливал Третьего.
– Конечно понимаю, никто и не собирается отказываться от наших намерений. Но действовать решительнее и в лобовую мы не можем, вы это знаете не хуже меня!
– Конечно знаю – скривившись ответил Куратор – но у вас было почти 50 лет, чтобы выполнить наши задачи…
– И мы были близки! – перебил его Третий
– … а в итоге нам опять придется ждать. А ждать нам нежелательно, вы сами это знаете. Вы не справились, Третий, пора это признать! У вас был полный карт-бланш, а сейчас мы выслушиваем ваши отговорки, «мы были близки, мы почти сделали, мы, мы, мы…» Хватит мычать!
Зал одобрительно загудел. Третий побледнел и его слегка качнуло, но он схватился за край стола, чтобы не упасть.
Куратор обвез взглядом зал, посмотрел на Председателя, который все это время хранил молчание и непроницаемый вид.
– Я предлагаю что-то поменять! Например, Третьего!
– Протестую! – буквально взвизгнул Третий – у вас нет таких полномочий!
– Зато у Собрания есть! – прокричал в ответ Куратор – и Председатель может назначить голосование прямо сейчас. Третий, вам нет оправданий!
Зал бесновался и гудел, в голове Третьего тоже гудело, а перед глазами была красная пелена. Он не различал слов, но понимал – ничего хорошего ждать не приходится. Он столько лет отдал этому проекту, вложил в него душу, силы. И успех был совсем близко, но что-то пошло не так. А Куратор сейчас с наслаждением хоронил и его самого, и его работу за долгие прошедшие годы.
В этот момент Председатель наконец-то проявил активность. Он медленно встал, оглядел тяжелым взглядом всех присутствующих. Мгновенно воцарилась тишина. Мертвая тишина, как показалось Третьему.
– Куратор прав, Третий не оправдал наших ожиданий – председатель говорил тихо, но его слышали все.
– Но надо признать, что Третий действительно был близок к нужному результату. Поэтому мы не можем просто так сместить его.
В зале послышался гул, как одобрения, так и несогласия. Председатель лениво приподнял руку, и зал опять затих.
– Выношу на голосование – кто за то, чтобы отстранить Третьего от руководства текущей миссией, прошу поднять руки.
Первым поднял руку, естественно Куратор. Затем тут же устремились вверх руки членов его фракции. Их было не так много, но окружающие по настроению Председателя поняли, что Третьему несдобровать. И сначала робко, потом все чаще вверх стали взмывать руки сначала нейтральных членов собрания, а когда стало ясно, что Третьему конец – проголосовали и члены его собственного аппарата.
Третий застонал – это же его команда, которую он подбирал сам, обучал, наставлял! Предатели!
Если что и могло еще больше испортить настроение Третьему, то это оно, предательство собственной команды.