— Вот эта планета может стать вашей, — он ткнул пальцем, и маленький шарик увеличился, — она уже адаптирована для жизни. Хочу добавить, что она гораздо приятней и гостеприимней, чем ваш Тартар.
— Мы конечно ценим, щедрое предложение, но не надо нас считать за баранов, которые бегут за морковкой.
— Я бы назвал это предложение, скромным, — спокойно и уверенно ответил гость.
Волк чувствовал, как внутри закипает раздражение, от расслабленного тона Мартина, от небрежности с которой он оглядывал окружение, лениво скользя взглядом по комнате. От его внутренней уверенности, что он выторгует, то что ему нужно и за те «плюшки» которые он готов предложить.
Мерзкий звук нарастал, тонкий и пищащий, где-то в голове бьющий по нервам: тревога. Тревога первого уровня. Сейчас он будет усиливаться, а потом, уже традиционно за эти последние смены, начнет сыпаться защита, от мелких незначительных повреждений, до действительно опасных разгерметизацией. И тогда только успевай посылать ремонтные команды дронов, и если не успеть, то всё их поселение, пост стоящий на самой окраине сектора, будет уничтожено.
Миор Кеги, служащий здесь по контракту, выругавшись, сосредоточился на командах, которые он сыпал почти без остановки для защитных систем, для андроидов, для систем поддержания жизнеобеспечения.
Через какое-то время назойливый звук прекратился и Миор хлебнув ещё из стакана, обвел глазами раскинутую перед ним панель. В пять рядов висящие экраны, горели цветными графиками, цифрами и схемами. Требовались определенная сноровка и опыт, чтобы реагировать на опасности и принимать быстрые решения, сортируя последовательность действий, по разным категориям. И сейчас мужчина понимал, что его смена только началась и впереди могут быть более неприятные и опасные волны и атаки.
— Боргис! — он ткнул в ухо наушник, связываясь с кем-то. — Ты слышишь меня? Как у тебя обстановка?
— Да полная жопа космоса! — отозвался собеседник. — Первая линия изоляции повреждена. Система жизнеобеспечения начинает сбоить. С дроидами отправленными для ремонта связь почти не работает. Если сейчас будет вторая волна, то мой защитный сектор может быть уничтожен! И тогда Миор, что называется, передай моим родным, что я их любил.
— Давай я отправлю своих через туннель, возможно удастся сдержать вторую волну! А там и помощь подойдет.
В наушниках раздался вой сирен и скрежет металла.
— Боргис! Ты слышишь меня? — закричал Миор.
Какое-то время раздавался только треск, затем запыхавшимся голосом отозвался человек на другом конце связи:
— Туннель обрушен, там никто не пройдет.
— Проклятье! Я вижу, что корабли с десантом и запасными командами вылетели из города. Ты продержишься?
На одном из экранов в нарушении всех инструкций появилось лицо собеседника.
— Мне уже все равно на выговоры, я не жилец, — Боргис, ловил ртом оставшейся воздух, размазывая кровь бегущую густой струёй по шее, — Миор, спасай свой пост, надеюсь тебе повезет, будь все это тысячи раз проклято!
В конвульсиях мужчина скатился со стула, стена которую выхватывала камера, медленно расползалась, как рвущаяся ткань, и нечто мелкое, как песок и блестящее, как конфетти, стало засыпаться комнату, окружая ещё живого человека, неотвратимо подбираясь, и в какое-то мгновенье, накинулось, прожорливым блестящим комком, раздирая и поглощая ещё живую плоть.
Из Боргиса выскользнуло нечто прозрачное и попыталось скрыться, но было настигнуто и разорвано, и точно так же, употреблено в пищу неизвестной колонией инопланетной жизни.
Миор отключил экран, сосредоточившись на командном пункте, ему совсем не хотелось повторить судьбу своего собрата.
После прилета эскадрильи грузовых и боевых самолетов, аванпост Боргиса, был сожжен и уничтожен полностью, чтобы испепелить прорвавшихся тварей. Это, конечно, их остановит, но надолго ли?
Миор довольно успешно отбил вторую атаку, видимо, большую часть хищной колонии они истратили на захват поста Боргиса, и Миор закончил свою смену живым.
Он вышел на взлетную площадку, на самом верху высокого серого здания, кожи коснулся искусственный ветер, и осветило искусственное освещение. Где-то на спине липко и противно тек пот, страх как холодная жаба, сосала под ложечкой. Если б он только мог никогда сюда больше не возвращаться. Каждая следующая смена могла быть последний, как у его знакомого сегодня. Сколько раз он раскаивался в том, что согласился на казавшиеся ему такие выгодные условия, которые решат, все материальные проблемы, ведь всё казалось таким простым. Или ему внушили, что все просто?
Он пристегнул ремни и аэрокапсула рванула в небо, унося его от этой мрачной и серой башни.
Полет длился недолго, андроид-водитель, посадил ветхую посудину, в небольшом поселении. Оно состояло из невысоких домов, больше напоминающих казармы, каковыми впрочем они и были. Добравшись до своего жилья, Миор долго стоял под струями воды, как будто это могло смыть чувство безумного страха, которое преследовало его, безнадежность и обреченность.
На небольшом ключе управления, которое осталось в кармане одежды, раздался писк.
