— Минут десять ещё, крайне интересный механизм у этого взрывателя. — Продолжает он ковыряться отвёрткой в какой-то фиговине. — Вы осмотритесь пока, на улице. — Ненавязчиво выпроваживают меня из помещения.
Молча прикрыв дверь, выхожу из сарая. Ну его нах, этого «Кулибина», скажет потом, что граната не той системы попалась, когда на облаке или в котле с кипящей смолой встретимся. Кстати о смоле. Пока есть время, осматриваю оборудование по перегонке «лесной нефти». Под одним из навесов сложена печь, в которую вмурован здоровенный чугунный котёл. Котёл накрыт массивной крышкой, а дальше всё оборудование снято. Ну так в этом котле вода грелась для нашей прачечной, вот и разобрали за ненадобностью. Что тут конкретно гнали, я не знаю, так как готового продукта мы не нашли, а вот деревянные бочонки с живицей на складе ещё оставались. Что с ней делать, я пока не придумал, но нужно будет озадачить Профессора, всякая взрывоопасная химия — его прерогатива, вот пускай и колдует с компонентами.
— Так что вы хотели у меня спросить, товарищ командир? — Протирая руки ветошью, вышел из сарая минёр.
— Как у нас со взрывчаткой, Константин Францевич.
— Плохо дело. Я даже без сверки со своими записями могу сказать, что почти ничего не осталось.
— Что-то можно сделать?
— Разве только использовать миномётные мины, а также снаряды, которые у нас остались.
— Остаток боекомплекта мы лучше по прямому назначению используем.
— Тогда я не знаю. — Разводит он руками. — Взрывателей есть ещё немного, кое-что я сам сконструировал, гранатные запалы опять же можно использовать, а вот тринитротолуол с аммоналом взять негде.
— Я слышал, тол можно выплавить из снарядов.
— Разве что теоретически, а практически я этим не занимался, да и снарядов у нас нет.
— Снаряды мы найдём, котёл есть — указываю я на оборудование смолокурни, — так что подумайте, Константин Францевич, В конце-то концов, кто из нас профессор.
— Я доцент. — Автоматически поправляет меня минёр.
— Тем более. Кстати, мы же затрофеили несколько канистр с бензином и машинным маслом, можно же зажигательную смесь приготовить, чтобы горела подольше, и потушить её было тяжело. Бутылками с горючей жидкостью нас же никто не обеспечит.
— Я подумаю над этим вопросом, товарищ командир.
— Да уж постарайтесь.
Дойдя до базы, отправляю в распоряжение теперь уже Доцента, сани с ГСМ, чтобы ему скорей думалось, а то заправлять нам пока нечего, лошадки как-то без бензина обходятся. Мне же надо где-то снаряды найти, желательно крупного калибра, а то в трёхдюймовых меньше килограмма тротила, про остальную мелочь даже и упоминать не стоит. После чего нахожу главаря банды пионеров, и вдвоём с Пашкой приступаем к расспросам.
Парнишка после бани, да ещё подстриженный и в чистой одежде, теперь походил на нормального человека, а не на отмороженного волчонка, каким он казался при первом знакомстве. Поздоровавшись с ним за руку, сразу перехожу к делу.
— Вот смотри, Тимур, — зову я его ближе к столу. — В прошлый раз ты обмолвился, что неподалёку отсюда вы повозку с ящиками нашли. Можешь показать на карте, где это?
— А мы сейчас где? — Склонился он над планшеткой.
— Вот здесь. — Концом карандаша указываю я ему на лесничество. — На севере село Передел, на западе деревня Шугайлово, на востоке Кульпино.
— Где-то здесь. — Тычет он пальцем в карту.
— Что в ящиках? Посмотрел?
— Так знамо что. Снаряды. Были бы патроны, мы бы их уволокли и припрятали, а эти там и пришлось бросить.
— Найти сможешь?
— А то.
— Паш, бери группу, пару запряжек с дровнями и отправляйтесь на поиски. Найдёте, забирайте всё. Нам любые снаряды пригодятся.
— Понял. А если не найдём?
— Если не найдёте, возвращайтесь или…
— Тимур, ты ничего не забыл?
— Ну-у, есть у нас захоронка, но она дальше. — Чешет бритый затылок пацан.
— Вот видишь. Не найдёте, двинете на вторую точку, но снаряды нужно добыть в первую очередь.
Озадачив всех, свободных от службы, приступаю к своей главной работе — планированию. Придётся попахать за начальника штаба, а то те булавочные уколы, которые мы наносили, к каким-то видимым результатам не приводили. Так получилось, что в начале пути наш отряд наступал в авангарде 110-й стрелковой дивизии. Не то чтобы наступал, но тылы противника терроризировал, отвлекая для их прикрытия боевые части, которых и так не хватало на передовой. Но после того, как дивизия застряла в городе Верея, наши пути разошлись. Хотя дивизия тут не причём, главная цель, к которой я стремился — помочь всей 33-й армии. Или хотя бы не дать ей оказаться в той ситуации, которая привела к окружению и разгрому. Первоначальный план — выйти на железную дорогу Смоленск — Вязьма и создать там пробку, шёл лесом. В реале этого даже несколько тысяч человек не смогли, хотя и штурмовали её с двух сторон. Так что при той концентрации войск противника, которая будет в коридоре вдоль железки, нашему отряду просто не выжить, а не то что диверсию совершить. А что тогда остаётся?
