В телевизоре кадр с ведущим новостей в студии сменился панорамой города. Обычный промышленный городок, лежащий на равнине, с торчащими из бетонных лабиринтов красно-белыми дымящимися трубами и парой гиблых парков. Если бы не остатки жёлтых листьев на деревьях, кадры аэросъемки можно было бы посчитать чёрно-белыми – настолько бесцветным было всё вокруг. Ещё через несколько секунд показали спасательную операцию. Ракурсы менялись: вот то, что осталось от квартир верхних этажей после обрушения, вот медики суетятся над раненой женщиной. После этого показали четырёхсекундный ролик, на котором кошка бежала по улице, неся в зубах котёнка, – судя по всему, она отыскала его в завалах. В следующий миг на экране возникло лицо замначальника отряда Вознесенского. Он стоял на фоне строительного крана, который поднимал в воздух огромную бетонную плиту.
– Пропавшими без вести после взрыва бытового газа числятся девять человек. В первые два часа после взрыва личным составом было извлечено из-под обломков десять человек. К сожалению, на данный момент имеем уже восемь погибших. Сейчас на месте эксперты проверяют устойчивость конструкций. Если будет риск ещё одного обрушения, задействуем специальные силы и средства. С минуты на минуту прибудет кинологическая служба.
Выпуск новостей с комментарием Кулика должен был транслироваться по федеральному каналу, но Александра решила смотреть местный. Хозяйка гостевого дома слушала Вознесенского с нескрываемой тревогой и даже промокнула уголки глаз длинными рукавами халата. Девушка через силу заставляла себя есть: она не имела права отказываться от еды, даже если в горло не лез и кусок. На следующий день она должна быть в форме, а для этого нужно есть. Она давно приучила себя питаться словно на автомате, даже если несколько минут назад видела кровь и мёртвых людей.
– Сделать вам чаю на травах?
– Да, я буду очень благодарна, – Александра передала женщине пустую тарелку.
Чай та принесла в старой советской кружке с рисунком и маленьким сколом со стороны ручки. Сотрудница МЧС уже спала, её форма была небрежно накинута на батарею. Женщина подошла и ощупала вещи: не сырые ли они, вдруг сушит? Поняв, что с формой всё в порядке, она аккуратно повесила её на спинку стула.
