Табельный пистолет майора черным дулом нашарил цель — человека за рулем. Все происходило стремительно, но он один сообразил, как действовать, чтобы остановить угонщика. Глеб вдавил педаль газа до упора и вывернул руль, пытаясь на ходу подкатить к Ольге. А она вдруг, словно дикая кошка, собрав все силы, прыгнула на грудь майору. В руках у нее снова грохнул пистолет — девушка выстрелила прямо в лицо офицеру, чтобы не дать тому остановить разведчика.
Глеб застонал и вывернул руль в другую сторону. Он понимал, что для Белецкой все кончено. Она осознанно пожертвовала собой ради общего дела, ради выполнения боевой задачи. Кинулась на майора, чтобы остановить его и дать возможность своему командиру сбежать из трудового рабства.
Девушка поняла, как у нее мало шансов выжить, выбраться из этой смертельной ловушки. И сделала то, что посчитала разумным, — отдала свою жизнь ради долга перед родиной, ради жизни командира. Наверное, и капитан Шубин поступил бы так же на ее месте, не задумываясь.
Но какая же волна боли его захлестнула! Он ведь обещал себе, командиру и самой Ольге, что вернет ее живой! Что впереди у нее мирная жизнь и обычное человеческое счастье. Глеб всей душой привязался к этой отважной девушке, она стала ему родной. И как же было невероятно больно видеть ее смерть! Он ведь мог попытаться что-то сделать. Вырвать Олю из лап фашистов, увезти и доставить до границы.
Хотя капитан Шубин понимал, что выйти из этой переделки живыми шансов у них обоих было совсем немного. Остановись он, кинься спасать девушку, и их разведывательная операция была бы провалена, а они вдвоем погибли бы в неравном бою с противником. Выбора не было ни у Ольги, ни у Глеба. Но от этой обреченности было только еще горше, тяжелее на душе. Эти боль и ненависть к врагу давили изнутри, и Шубин, превозмогая себя, с силой вжал педаль газа в пол и крепко вцепился в руль руками.
Черный автомобиль с ревом несся по строительной площадке, легкую машину мотало от высокой скорости во все стороны по кочкам и буеракам, так что у офицера все плясало перед глазами, и приходилось наваливаться грудью на руль, чтобы не пустить машину под откос или не застрять в колдобине.
Полоска земли перед глазами тряслась и дрожала, автомобиль с надсадным воем набрал скорость и пролетел через всю площадку — мимо ошарашенных рабочих, по краю вырытого котлована. На окраине свернул резко на запад и выскочил на дорогу, оставив позади охранников, которые в панике метались по площадке вокруг майора. Никто не решался стрелять, в его тело мертвой хваткой вцепилась Белецкая. Ольга обвила руками и ногами тело фашистского офицера. Тот уже растянулся на земле и не кричал. Охранники бегали вокруг распростертого на земле трупа, не понимая, как им действовать. Хотя их командир уже не подавал признаков жизни, а вокруг него разливалась лужица крови, охрана не была уверена, что тот уже мертв. И поэтому побаивалась стрелять, чтобы не задеть майора.
А силой отрывать девчонку было опасно. Белецкая впилась в свой крошечный пистолет и прижимала его дуло к виску немецкого офицера.
Она кричала во весь голос на немецком:
— Стоять, или буду стрелять! Стоять!
Фашисты в нерешительности топтались вокруг трупа своего начальника, не решаясь действовать, а Ольга кричала и угрожала, отвлекая их внимание на себя. Своими действиями она не давала им кинуться в погоню за ее командиром, до тех пор пока угнанная разведчиком машина не скрылась из вида. Даже когда вороной зад автомобиля слился с чернотой размытой дороги и вой мотора стал едва различим, девушка не разжимала рук и не отводила дуло пистолета от виска майора. Это были последние минуты ее жизни, и девушка тянула их как могла. Пускай так, на мертвом теле, под крики фрицев, но живая и не кричащая от пыток.
Она сжималась в ужасе от ожидания того, что будет, когда фашисты поймут: их командир мертв и это она убила его.
Однако не прошло и пяти минут, как один из германских офицеров наконец решился. Он воскликнул:
— Он мертв! — И наклонился к девушке, пытаясь перехватить ее руку.
Ольга вывернулась черным клубком, метнулась в сторону и проворно сунула дуло себе в рот.
Выстрел! Немцы снова от страха разбежались в стороны, не зная, что еще устроит эта безумная русская. Однако несчастная девушка уже ничего не могла сделать. Она была мертва. В последние секунды своей жизни она почувствовала облегчение от того, что сделала все, что смогла, для победы. Ее жизнь была платой за спасение разведчика, ее жизнь приблизила СССР к победе еще на миг.
Ольга Белецкая спасла своего командира, помогла ему вырваться из плена, и теперь информация о немецкой обороне под Одессой попадет в штаб. Своей смертью она сохранила жизни тысячам других людей…
