Как прекрасно быть равным богу, творить и рушить миры и пространства, сеять разумное и вечное, чувства добрые лирой пробуждать, нести прогресс и знания в отсталые массы, творить историю и создавать нового человека по придуманному тобой же образу. Кто бы отказался от такой бурной, богатой впечатлениями и поступками жизни! И главное - не знаю, как в других местах, а в России все это делается из самых лучших побуждений - типа, для вас же дураков стараются! А если не получается, то кто виноват - правильно, эти самые дураки и дороги! Но те ли дороги мы выбираем, вот в чем вопрос, и еще - а есть ли у нас выбор?
В это утро вторника Наиль Равильевич так расстарался со своим прогрессорством, что выйти из гостиничного номера ему было уже как-то страшновато и даже стыдно. Он сидел в кресле в той самой злополучной серой пижаме с капюшоном, превратившей его неведомо как в безголового мертвеца, коренного лучановца по имени Осип, павшего в борьбе за коллективизацию родного края; и безнадежно бормотал: "Сумасшедший дом! И я еще сюда записался! Угораздило же этого учителя убиться! И еще неизвестно каким он был, может, похлещи этих чокнутых горожан, а я стараюсь! Для них дураков стараюсь! А они все веселые и здоровые! Хотя, сумасшедшие все здоровые, только на голову больные... Что же делать? Как на люди показаться? Нет, не зря говорят - в чужой монастырь со своим уставом не суйся! Не нужна им свобода, рабами они рождены - рабами и помрут!"
Алена Воркута, сочувственно вздыхая, принесла страдающему от всеобщего непонимания гостиничному постояльцу поднос с чаем и собственноручно приготовленными ею, еще теплыми пирожками с капустой и повздыхала уже вслух:
-Да не расстраивайтесь вы так! Всем мил не будешь. Позавтракайте, вам и полегчает сразу. Да мало ли что еще произойдет в Лучанах! У нас всегда так - то тихо-тихо, то, как бабахнет!
-Мне что, больше всех надо?! Я же для вас стараюсь! У меня этой свободы - вагон и маленькая тележка! Но я хочу как лучше, для вас лучше!
-Конечно для нас, я понимаю - приученная долгим супружеством с бескорыстным воителем Сергеем Воркутой к бесконечному терпению и такому же сопереживанию Алена привычно успокаивала видного демократа и оппозиционера - Все у вас получится! Главное - верить.
-Как верить с такими издевательствами и унижениями! Откуда я знал, что надо было телохранителей с собой взять! Я же в город ехал, а не в сумасшедший дом!
-Добрее надо быть просто, добрее и на равных. Вы же поучать приехали, а не разговаривать! - в номер вошел Армен Арсенович с бутылкой своего любимого Арарата - Давай, Алена! Организуй нам тут перемирие небольшое!
-Сейчас, я все быстро... - Алена застучала каблучками по коридору; не прошло и двадцати минут, а на столе в номере Наиля Равильевича уже томились на блюде жирные, ароматные чебуреки прямо со сковородки из "ОНОРЕ", сияли свежестью и алым цветом тугие, круглые помидоры, ярко зеленели маленькие, колючие огурчики; розовела и истончалась сладостью и запахом садовая земляника, освежал своей белизной творожный сыр местного молочного заводика. А украшала стол - солидная четверть круглого песочного пирога, испеченного лично Елизаветой Федоровной Вельде, хозяйкой "ОНОРЕ", и переданная ею Алене для мирного чаепития непримеримых идеологических противников.
Наиль Равильевич, с недоумением обозревая это вкусное красочное разнообразие, пробормотал:
-Россия-матушка! Главное, чтоб пожирней да побольше! Учиться надо всему, и культуре питания тоже...
-Опять поучаешь! Ну, с чего ты взял, что всегда прав, и запад твой - тоже?! Так мозги свои доперестроил, что ничего хорошего вокруг не видишь! А ты попробуй эти чебуреки - пальчики оближешь! Ну как?
-Ммм... - захлебнулся жирным мясным соком господин Гонсалес.
-Вельдовский "Оноре" по всей трассе славится, многие специально заезжают! Ну, ладно, давай что ли? - Армен Арсенович со вкусом пригубил свой любимый напиток и, расслабившись, удовлетворенно откинулся в кресле, с одобрением кивая последовавшему его примеру господину Гонсалесу - Что, Наиль Равильевич, все за свободу свою борешься? А до победы еще ой как не скоро! Ты бы хоть питался лучше! Чего в "ОНОРЕ" не заходишь? А то с гостиничным буфетом сил на борьбу не хватит.
-Главное - сила духа, а брюхо следом побежит! А ты мне лучше скажи, ты действительно не понимаешь, за что я выступаю?
-Да понимаю я все! Степан таким же был - все за свободу воевал да за вечные ценности, двадцать лет воевал, так они его и убили, ценности эти...
-Бред! Все вы здесь бредите! Коллективное помешательство! Совковый заповедник у вас тут!
-Слушай, а это интересно - почему самые ярые адепты свободы так нетерпимы к ее проявлению? Разве свобода не должна вести к многообразию выбора и к табу на вмешательство во внутренний мир каждого человека? И вообще, расскажи-ка мне, неподкупный демократ, что такое твоя свобода, за что сгорают целые страны и народы?
