Утащила ананас… Вполне в Аленином стиле. И, заметьте, господа присяжные заседатели, не себе, а малообеспеченной подруге. Арина отправила трубку на законное место. Жизнь продолжается. Карабас Барабас лупит и запугивает своих кукол. А они послушно разыгрывают придуманные им представления. Некоторые, самые шустрые, дерзят и показывают Господину Владельцу Театра язык. Но незаметно, когда Он отвернется. Да и фигу складывают в кармане, храбрецы. Нашелся, правда и настоящий бунтарь, один единственный борец за справедливость, чудак с длинным любопытным носом и привычкой совать его — куда ни след, рискнул деревянной головой, и выиграл. Но на то и сказки, чтобы Добро побеждало. А жизнь, господа присяжные заседатели — это… Что это, собственно говоря, такое? Явно не праздник. И не фунт изюма. Хотя… всякое случается. Выходят Золушки замуж за своих прекрасных добрых состоятельных принцев. И становятся Королевами (необразованными, не знающими этикета и политеса)… Жуткое это дело — королева с манерами уборщицы. Да. И что в итоге? Ссоры, непонимание, упреки. Нет, кухарки должны влюбляться в поваров (в крайнем случае, в шеф-поваров), а конторские служащие в себе подобных мелких клерков. Нет мезальянсам! Да здравствует равенство! Пусть романтично настроенные дурочки не забивают головы всякими разными героями-любовниками. Ни к чему. И вредно во всех отношениях. Да-да-да. Вчерашний знакомец, с покореженной боксерско-разбойничьей физиономией, человек иного сорта, фигура с другой доски, для неизвестных игр, отправляйтесь-ка вы в мусорное ведро!
Арина вытянула заветный конверт, взвесила на ладони и… убрала обратно. Зачем? Ну не дуреха ли? Пешка может влюбиться в Слона, или даже в Короля, но не в козырного же туза, в самом деле, это вовсе ни в какие ворота не пролезает.
— Арина, чай готов. Вам сколько сахару положить?
Положительно, Семен Петрович шел на рекорд. Надо отметить, что остальным сотрудницам он тоже предложил присоединиться, но чашки к рабочим столам не относил, разумеется. Арина поблагодарила старика мимолетной волшебной улыбкой.
— Одну.
И приняла как должное возникнувший перед собой бокал. Недосып притупил ее реакцию, она и не заметила даже ни собственной НЕАДЕКВАТНОСТИ, ни услужливости ошалевшего старика, узревшего неподалеку от себя Фею из сказки.
Что с ней такое сегодня? Может один-единственный поцелуй превратить серую мышку в обольстительную принцессу?
Федор Андреевич Измайлов несомненно и не подозревал, что был первым мужчиной к которому Арина не побоялась прильнуть, потянулась сама. С осуждением, словно не на свои, Арина посмотрела на руки. Эти бессовестные пальцы гладили кожу Чужого Человека, Врага, Мужчины! Вот где кошмар. Коллеги перекочевали в соседнюю смежную комнату, из-за плотно закрытой двери доносились обрывки дискуссии. Арину сие абсолютно не интересовало. Она поправила прядь волос, щекотавшую щеку, раскрыла десятую по счету папку и уставилась в документы с глубокомысленным видом. «Скоро устанут говорить обо мне и начнут перемывать кости любимой мишени всего коллектива — молодой любовнице генерального директора, с которой по слухам тот на днях укатил, чуть ли не на острова». Апатично подумала она. Рабочий день близился к концу. Домой, домой, пора домой. Арина нашарила в сумке расческу и подошла к общественному зеркалу, закрепленному на боковой поверхности шкафа. Маленького карманного у нее никогда не водилось. Как бы было ни к чему. В прямоугольнике «мерзкого стекла» отразилась вчерашняя незнакомка: успешная, озорная, довольная собой и миром, в глубине блестящих глаз пряталось лукавое, неверное, притягивающее к себе существо, не понаслышке знакомое с понятием Греха. Взгляд обещал, лгал и одновременно казался искренним. Как такое может быть? Незнакомку нельзя было безоговорочно записать в красавицы. И что с того?
Чертовски привлекательна? Да! Интригующе хороша? Да! В ней угадывался… класс. Арина подмигнула отражению и расправила плечи. «Добрый вечер, миледи».
По дороге домой в переполненном троллейбусе никто не нахамил, не отдавил ноги. За спиной бушевала бестолковая жестокая ссора, а Арина, точно закутанная в невидимый глазу шелковый кокон, скользила в сытой полудреме мимо порогов, опасных отмелей, мин и голодных пираний. Что за дела? В сердце свернулся пушистым клубочком и счастливо тихонько урчал трехцветный, приносящий удачу котенок. У подъезда стоял газик. Арина остановилась, мир сбил ее с ног, навалился всеми цветами и шумом. Нет, это не могло быть правдой. Нет. За рулем сидел лысый упитанный крепыш. И он никак не походил на того, кого она хотела видеть. Совершенно. Вот где и не горе, и не разочарование, а реальность простая как удар по голове. Арина приземлилась на скамейку. Попинала носком ботинка яркий фантик. Ветер подхватил его, швырнул через кусты. В неверном свете фонаря обертка от конфеты сверкнула точно драгоценность. Се ля ви.
