Хаос — самая непредсказуемая из первостихий. Она щедро одарит силой, но заодно исказит материю, плоть и душу. Неподвластных же просто уничтожит. Однако даже эта мощь ограничена своими законами. Чтобы попасть на Землю, ей нужен человек, который первым проложит путь. Тот, кто станет Проводником Хаоса.
Чудо — четыре буквы, два слога. Простое в произношении и короткое слово, удивительным образом вмещающее в себя так много смысла.
Дети произносят его с тайным блеском в глазах: они точно знают, что чудо есть. Взрослые — чаще пренебрежительно или с сарказмом. Жестокая жизнь научила их, что надеяться в первую очередь надо на себя, а не на подарки судьбы.
И тем не менее есть ли на зелёно-голубом шарике хоть один человек, не желающий этого самого чуда? Кто-то в наше циничное время не стесняется выглядеть наивным. Иной же оставит для него укромное местечко в самом потаённом уголке своей души, чтобы не дай боже кто узнал.
Самое удивительное, что чудеса действительно случаются. Да, редко. Да, не со всеми, но они абсолютно точно имеют место в нашей жизни. Даже в жизни самого простого человека может произойти нечто неординарное.
«Медицинское Чудо — в жизни каждого!», — лениво прочитал Игнат рекламный буклет, ожидая своей очереди.
«Ага, каждого, — саркастично усмехнулся. — Только денег подкопи».
Окружавший его роскошный интерьер частной медицинской клиники подсказывал, что чудо придёт лишь к очень обеспеченным гражданам. Совсем не из того социального слоя, к которому принадлежит он сам.
Игнат перевёл взгляд на уродливый костыль в руке. С некоторых пор сносно он мог передвигаться только с ним. И были все предпосылки считать, что продлится это до конца жизни.
— Так, теперь распишитесь в соглашении на обработку персональных данных, — приветливая девушка в медицинском халате отвлекла его от бесполезных мыслей. — Вот здесь, здесь и здесь.
Игнат, молча кивнув, выполнил её указание. Сколько он уже подписал бумаг, сказать трудно, да и какая разница.
— Спасибо, — вежливо поблагодарила служащая клиники. — А теперь этот небольшой опрос.
Она протянула ему планшет с прикреплёнными листами. Мельком оглядев его, Игнат поморщился. Для некоторых вопросов ответа галочкой недостаточно, придётся немного заморочиться. Да чёрт с ним, справится.
— Присаживайтесь за любой стол, — девушка жестом показала на мебель перед ресепшеном.
— Конечно, — спокойно ответил он и поковылял в указанном направлении.
Присесть на свободное место стало целым приключением. Игнат кряхтел, сдерживая стоны от острой боли, то и дело простреливавшей в суставах. На лбу вышла испарина, когда он наконец справился с задачей
Сидевший рядом мужчина в мятом пиджаке нахмурился и недовольно вскинул голову. На Игната уставилось хмурое лицо с явными признаками недосыпа. Увидев костыль в руках, незнакомец чуть смутился, притворившись будто очень заинтересовался цветастым плакатом на стене. Насмотревшись на него, он вернулся к своему тесту. Игнат же приступил к собственному.
Некоторые вопросы из списка оказались довольно личными. Раньше он, наверное, как и полагается типичному человеку, чуть покривил бы душой в ответах, но сейчас было просто плевать. Плевать — это слово стало его новым курсом в жизни.
Тут всё просто. Ему позвонил полузнакомый терапевт и предложил участие в исследованиях какой-то «фармы». Требовались люди, пережившие «непростые жизненные обстоятельства» и испытывающие в связи с этим сложное психологическое состояние.
Ему, Игнату, повезло одним из первых найтись в клинических базах и отлично подойти. А учитывая, что имелись свежие данные по всевозможным медосмотрам, анализам и бог знает чему ещё, быстро прошел отбор.
Узнав о платной основе предприятия, мужчина согласился, даже не поинтересовавшись деталями. Деньги сейчас были ОЧЕНЬ нужны.
Игнат горько усмехнулся. Его жизнь не сильно отличалась от жизни обычного, среднестатистического человека. Родился в не слишком богатой, но и не нищей семье. Средней, так сказать.
Дальше всё как у всех: детский сад, школа, вуз, работа. В мире, где воспевалась яркая индивидуальность, где каждый желал стать неповторимой личностью, Игнат стал рядовым членом общества. То ли воспитание, то ли склад характера, но расстройства по этому поводу никогда не возникало.
В самом деле, что плохого быть обычным, как все? Игнат как раз устроился на работу и собирался жить свою обычную жизнь, создав семью, как всё рухнуло в одночасье.
Как ни странно, даже в этом он не слишком-то выделился из десятков тысяч таких же несчастных, встретивших беду. На производстве, где мужчина работал, случилась авария.
Игнат как сейчас помнил то происшествие, намертво вбитое в память. Мужчина поморщился, вспоминая болезненный момент: грохот, крики людей, лязг станков и страх.
Нет чтоб просто свалить, был бы сейчас здоровым и счастливым. Нет, ответственность за людей и должностные инструкции в нём оказались сильнее инстинктов.
