Рассказ получился длинным, на подробности для радушных хозяев мы не скупились. Наши планы, которых мы не скрывали, безмерно огорчили гномов. Все-таки отношение простых жителей Ирхона к коротышкам стабильно находилось где-то на уровне «презирают, но терпят», высокородные клиенты смотрели на мастеров, как на грязь под ногами, а городские власти не упускали случая сунуть палки в колеса (типа судебного разбирательства по поводу коллективных жалоб на шум или штрафа за задолженность по арендной плате земельного участка, о повышении которой гномов никто не предупредил). В такой откровенно враждебной атмосфере общение с нами было для кузнецов подобно глотку свежего воздуха.
Узнав, что нам нужно где-то перекантоваться еще полторы десятицы, мастера настойчиво предложили пожить у них. Не желая стеснять гномов, я хотел отказаться, но наткнулся на умоляющие взгляды девушек. Даже без эмпатии можно было сообразить, что Вике с Лисенком не терпелось прогуляться по торговому кварталу, без спешки изучить его вдоль и поперек, попутно оставив у жадных торговцев немалую часть наших денег. Вздохнув, я с сожалением подумал, что правду говорят: все нормальные мужики только делают вид, что не понимают женщин — просто им это обходится дешевле. Но поскольку я был законченным подкаблучником и в эту категорию не попадал, пришлось соглашаться. С условием, что закупку продуктов мы возьмем на себя, ведь прокормить такую ораву едоков для мастеров будет накладно.
Нарим с Глимином были рады услышать, что следующую десятицу мы проведем в их вотчине (а уж как обрадовалась парочка транжир, словами не передать!). Наполнили бокалы, предложили выпить за крепкую дружбу и принялись, в свою очередь, делиться новостями. Вот только главные ирхонские события мне были давно известны, да и сытный обед привел к тому, что меня неудержимо начало клонить в сон. С трудом держа глаза открытыми и постоянно подавляя зевки, я дожидался паузы, чтобы деликатно намекнуть мастерам, что за плечами у нас ночной переход, и больше всего на свете мы сейчас хотим отправиться баиньки. Однако ворох городских сплетен казался бесконечным.
Помощь пришла, откуда не ждали. Услышав громкий стук в дверь, Глимин выбежал встречать посетителей, а вернулся в компании трех суровых стражников, облаченных в тяжелые источающие сильный жар доспехи.
— Ник, это к тебе, — не скрывая волнения, сообщил парень.
Один из вояк вышел вперед, оглядел меня и полувопросительно произнес:
— Ник Везунчик?
— Он самый, — кивнул я, признавая очевидное. — Чем могу помочь?
— Господин градоначальник приказал доставить тебя к нему.
Прощупывая обстановку и одновременно пытаясь выиграть время, я уточнил:
— Может, хотя бы позволите закончить трапезу?
— Градоначальник сказал «срочно», и я не советую заставлять его ждать, — твердо заявил стражник.
— А в чем причина вызова?
— Не могу знать. Мое дело — выполнить приказ.
Плохо! Я даже не могу предположить, чем мне может грозить эта встреча. Хотя в эмоциях стражников не было волнения. Лишь легкое любопытство. Вряд ли с таким настроем они бы отправились «брать» особо опасного преступника. С другой стороны, начальство могло отправить их на убой, ничего не сообщая. Так сказать, выгорит задержание — хорошо, не выгорит — добавим в обвинение лишний пункт.
Однако я не чувствовал за собой грехов, которые могли бы спровоцировать подобный интерес властных структур. Выяснилось, что мы активно содействовали сокращению личного состава искательской Гильдии? Но доказательств-то нет, а в ментальных техниках я поднаторел, так что даже допроса с амулетом правды могу не опасаться. Хотят привлечь за прошлые дела с теневыми гильдиями? Так ведь радикальных перестановок в правящей верхушке замечено не было, а любителей ворошить собственное грязное белье там днем с огнем не сыщешь. Хотят заманить в Гильдию, чтобы обеспечить резкое увеличение притока новобранцев? Нет, гадать бесполезно, придется идти.
Увидев, как я поднимаюсь и забрасываю на спину перевязь с мечами, Вика тоже вскочила и решительно заявила:
— Мы с тобой!
— Градоначальник приказал привести только Везунчика, — равнодушно сообщил стражник. — Больше никого к нему не пустят. Но если хотите жариться на солнышке возле ратуши — ничего не имею против.
Ну, хоть какая-то информация! Теперь больше шансов, что меня желают видеть именно в качестве командира отряда ходоков на Проклятые земли. Хотя, вариант, что власти таким способом намереваются обезглавить «бандитскую группировку нелюдей», нельзя сбрасывать со счетов, поэтому я приказал всем:
— Оставайтесь здесь! Уверен, я скоро вернусь. А вы пока отдохните, наберитесь сил.
«Только держитесь вместе и смотрите в оба! Вика за главную!» — добавил я уже мысленно, после чего поцеловал обеспокоенную супругу, покачал головой намеревавшейся последовать за мной Мурке и вместе с конвоем покинул кузницу.
