Вот, я играю детские роли. Потом, по рекомендации ТЮЗа, поступаю в ГИТИС в Москве. С течением времени, становлюсь популярным актёром кино и театра. Моя известность очень быстро растёт. Я еду на фестивали в Берлине и в Каннах. Меня приглашают на работу в Америку. Я становлюсь звездой Голливуда…
Осталось лишь сделать шаг, спрыгнуть с подножки и бежать за своей голубою мечтой. Однако, какая-то могучая сила не давала мне тронуться с места. Я стоял словно приклеенный. Скосил глаза на приятеля, а он тоже замер, как статуя.
Двери автобуса с лязгом закрылись. Машина медленно двинулась дальше. Я с невыносимой тоскою, смотрел на уплывающий куда-то назад театральный подъезд. Мой хороший приятель, молча топтался поблизости, и тоже не делал попыток сойти.
Самое странное, что можно было бы спрыгнуть на другой остановке и бегом вернуться обратно. Однако и этого я сделать не смог. В моей голове внезапно возникли какие-то мысли о предстоящем математическом тесте. Они немедленно вытеснили всё остальное.
— Вот и выходит, — подавленно сказал Александр: — что человек своей голове не хозяин. Кто-то там сверху, всё время, решает за нас. Поманит красивой мечтой, а потом, как скотину загоняет обратно в тёмное стойло. Да и память постоянно твердит, мол, сам ты во всём виноват!
— Да уж… — только и смог выдохнуть я. Немного подумав, я с грустью добавил: — Кое у кого из людей за спиною стоит ангел-хранитель, у нас же с тобой, там находится ангел-вредитель.
В конце марта, я вдруг заметил, что волосы у меня отрасли больше, чем нужно. Значит, пора мне постричься. Я тут же решил, в конце недели схожу в парикмахерскую.
В этот же день я узнал, что в «великой» России вдруг началась «пандемия короновируса». Благодаря чему, завтра с утра закрываются все учрежденья Самары, которые усердно обслуживают население города.
Работать будут только аптеки, продовольственные магазины, банки и офисы операторов сотовой связи. Общественный транспорт станет ходить с большим интервалом, а личными автомобилями пользоваться, вообще, запрещается. Все должны сидеть по квартирам, как при строгом домашнем аресте.
Так и прошло ещё около месяца. К счастью, разрекламированная «мировая зараза» обошла середину Поволжье дальней сторонкой. Местная власть начала ослаблять санитарный режим и разрешила открыть с понедельника кое-какие частные лавочки: бани, парикмахерские и фитнес центры.
Я решил, что не стоит мне стричься в первый же день. Наверняка, там будет столпотворенье народу. Поэтому, отложил свой визит ещё на семь дней. Наконец, наступило нужное мне воскресенье.
Ближе к полуночи, я принял ванну, вымыл длинные волосы, высушил их при помощи фена и улёгся в кровать, на чистую подушку и простынь. Весь понедельник и вторник я просидел за дисплеем. В комнате было вовсе не жарко. Пыль или мусор из-под компьютерной мышки у меня не летела. На голову, что-либо не падало. Спал я в той же постели.
В среду с утра, я пошёл в парикмахерскую. К моему удивлению там было полно посетителей. Две пожилые работницы, возрастом под шестьдесят, стригли меня много раз. Обе они оказались заняты делом, возились со школьницами, которым красили длинные волосы.
Насколько я знал, процедура была очень долгой. Поэтому, я занял очередь к их третьей товарке, крепенькой женщине лет тридцати. Её я увидел впервые, но взглянув на помятое жизнью лицо, почему-то решил, обкарнать меня под «канадку», она всё же сумеет.
Обычно на мне тренируются совсем молодые девчонки, которые только вчера пришли сюда с улицы. Одна из них, удивительно сильно привязалась к пульверизатору. Она так часто брызгала на мою бедную голову, что у меня капли потекли по лицу и за шиворот. Я был принуждён, прервать весьма интересный процесс.
Вторая возилась со мной почти целый час. Хотя все управляются за пятнадцать минут. Третьей вдруг не понравились мои «жирные» волосы и она приказала их вымыть под струёй холодной воды. Потом, она не могла сдвинуть машинку по черепу. Устройство для стрижки хорошо «прилипало» к моей чистой коже.
Выяснилось, что парикмахерша тридцатилетнего возраста объединила способности трёх неумех, с которыми мне приходилось общаться. Для начала, она послала мыть голову того паренька, который был передо мной.
Я даже слегка удивился. На мой взгляд, ему и срезать было, в общем-то, нечего, а тот коротенький ёжик, что торчал на макушке, был достаточно чистым. Таким же, как у всех остальных.
— «Надо же, какой любитель купаться и стричься», — сказал я себе.
Возилась она с данным клиентом, минут сорок, не меньше. Я слышал, как молодой человек заказал модельную стрижку и подумал о том, что женщина симулирует высокую сложность работы. Поэтому, так много времени, прыгает возле него.
Минул час после того, как я вошёл в парикмахерскую. Паренек, что был предо мной, всё же, поднялся из неудобного кресла. На мой придирчивый взгляд, на его голове, мало что изменилось. Только зря заплатил полтыщи рублей.
