Он объяснил, что нужный нам город расположен за Ригой, на САВЕРО-ВОСТОКЕ страны. Поэтому, нам нужно вернуться в столицу. Пойти на автовокзал и ехать в противоположную сторону около часа.
Паренёк был весьма удивлен, нашей необычной историей. Как мог кто-то в Риге сказать, мол, отсюда значительно ближе до Сигулды? Это не могло уложиться в его голове. Скоре всего, он ещё не проникся духом жестокого мщения «русским поработителям Латвии».
У нас опять оказался «незанятый» день. От нечего делать, мы после завтрака, поехали в соседний посёлок. В автобусе оказался здоровый латышский мужик. Он вёл себя так, словно в салоне не было никого, кроме него и трёх разновозрастных членов его чрезвычайно развязной семьи.
Все его родичи совсем ничего не стеснялись. Водитель громко поддерживал их разговор. Всё это никак не вязалось с мифом о сдержанности и большой деликатности людей из Прибалтики. В России себя так вели только пьяные. Да и то не всегда.
Наконец, мы добрались до нужной нам остановки и с облегчением вышли из шумного транспорта.
Парень из нашей тургруппы написал своей девушке короткий отчёт о поездке в «прекрасную» Латвию. Он вложил сообщение в стандартный конверт, который купил ещё в Риге. Молодой человек хотел отправить цидулку домой, а чтобы вдруг не забыть, он всю дорогу держал её в правой руке, у всех на виду.
Мы прибыли на центральную площадь небольшого посёлка. Российский турист увидел людей, сидящих на остановке, подошёл и спросил, где находится почта? В ответ гробовое молчание. Все равнодушно смотрели ему прямо в глаза и не произносили ни единого слова. Они вообще, не реагировали на прозвучавший вопрос.
— Вы что свои письма бросаете просто на землю? — не выдержал парень. Снова молчание. Он обошёл площадь по кругу. Осмотрел стены всех зданий и с трудом отыскал неприметный ящик для почты.
Мы все дружно решили, что здесь собрались жители глухих хуторов, которые не понимают по-русски и двинулись дальше.
Оказалось, что мы ошибались. Все встречные местные жители не отвечали ни на один наш вопрос. Хотя было видно, что они нас замечательно слышали и наверняка понимали.
Сообразив, что так ничего не добьются, наши туристы перешли на английский. Оказалось, что иностранную речь латыши и вовсе не знали. Это было заметно по их растерянным лицам. Вот тебе и «культурная» европейская нация.
Все надписи в городе пестрели только латышскими буквами. Не нашлось никакого дублирования на русский язык. Чтобы купить какую-то мелочь, приходилось заглядывать во все магазинчики и искать именно тот, что торговал нужным предметом.
Все продавцы отпускали товар, исключительно молча, словно глухонемые. Лица у них выглядели удивительно злыми, словно мы их сейчас оскорбили. Нам демонстрировался этакий вариант интифады, борьбы палестинцев с Израилем на оккупированных им территориях.
Один из парней купил бутылку минеральной воды для любимой жены и попросил продавщицу открыть для него эту посуду. Тогда стеклянная тара запечатывалась прочной металлической пробкой с мелкими зубчиками. Для того, чтобы снять её с горлышка приходилось использовать ключ специфической формы. На худой конец, пассатижи.
— На улице пить не положено! — буркнула недовольная принцесса прилавка.
— У вас вся молодежь открыто пьёт пиво на площади. — возразил ей покупатель, прибывший в Прибалтику из далёкой Сибири.
Латышка лишь презрительно фыркнула. Мол, нашим всё можно, а русским нельзя. После чего, демонстративно отвернулась к окну.
Разозлившийся парень взял бутылку «Нарзана» и вышел на небольшое крыльцо. Там он осмотрелся, зацепил край стальной крышки за дверь магазина и рывком открыл стеклянную ёмкость. Жена с благодарностью приняла от него минеральную воду.
Вернувшись на лесную турбазу, мы проболтались до вечера. После ужина спросили инструктора, чем тут можно заняться? Латыш настоятельно посоветовал нам посетить местный пивбар. Забегаловка располагалась в соседнем небольшом хуторке. Делать было особенно нечего, и мы решили сходить.
Инструктор привёл нас в небольшую избу, оформленную в стиле убогого сельского «кантри». На стенах висели колёса телег и прочая старая утварь, которой место на свалке.
Здесь русских туристов опять «не заметили». Местные говорили только с нашим «Вергилием», естественно лишь на латышском. Проводник заказал нам всем по кружке, как он сказал, домашнего пива, сваренного по старинным рецептам, и кое-что из еды. Нам подали какую-то мутную жидкость, с довольно противным амбре.
Из своего любопытства я сделал один осторожный глоток, сильно поморщился и с огромным трудом проглотил то, что попало мне в рот. После чего, отставил огромную кружку и печально подумал: — То ли, действительно здесь пьют эту мерзкую брагу? То ли над нами сейчас «подшутили» и налили каких-то помоев?
Еда тоже не вызывала никакого доверия. Обменявшись красноречивыми взглядами, мы расплатились и тут же ушли из этого «злачного» места. Кстати сказать, деньги с нас взяли очень приличные.
