Природа окончательно приобрела северные черты. Густые хвойные леса вплотную подступили к дороге, появились комары и мошки. На небольших остановках Ника жадно втягивала носом густой грибной запах, мечтая о жареных лисичках и маринованных подосиновиках. Уже поспела черника и дети, вначале с опаской, а затем с удовольствием собирали полные пригоршни крупных темных ягод с сизоватым налетом. Северное лето короткое, и все спешили насладиться его дарами.
На третий день после обеда они прибыли на место. Высокая каменная стена окружала небольшое поселение. Сквозь распахнутые в дневное время ворота дилижанс въехал внутрь и застучал по булыжной мостовой. Отдельные дома, казармы, таверна с постоялым двором, небольшая лавка и лекарский пункт. Все было каким-то серым и невзрачным. Неулыбчивые люди пропускали небольшую процессию и провожали пристальными прилипчивыми взглядами.
Дилижан остановился у небольшого трехэтажного дома. Веронику с ребятами быстро выгрузили, скинули с крыши их немногочисленные пожитки и оставили одних под тяжелыми свинцовыми тучами. Только минут через двадцать к ним вышел бородатый страж и велел следовать к начальнику гарнизона для оформления бумаг и определения дальнейших действий.
Ника, как самая старшая, решительно пошла вперед, держа за руку Лири. Сзади следовал Виль с оробевшим Миком. Девушка порадовалась, что еще утром напудрила щеки, скрыв румянец, а волосы убрала под темный платок. В этом богом забытом месте ее бодрый настрой и красота смотрелись бы чужеродно и подозрительно.
Начальник гарнизона, молодой еще мужчина, принял их в своем кабинете. Волевое, слегка обветренное лицо немного портил тяжелый взгляд из-под нахмуренных бровей.
— Опять сплошные заморыши, — он раздраженно провел по короткому ежику темных с проседью волос и вздохнул. — Так, ребята. Сегодня вы переночуете на постоялом дворе, попрошу тетку Лукерью вас накормить. Утром вам поставят клеймо, и староста из долины заберет вас. Он как раз за провизией должен приехать.
Он еще раз взглянул на жавшихся друг к другу детей и крикнул:
— Ларк! Проводи малышню к Лукерье на постой. Да проследи, чтобы из запасов двойную порцию орехов дали, скажи, мелким нужно здоровье поправить. А вы внимательно слушайте, все, что вам староста скажет. Правил немного, но они строгие. Нарушители обычно долго не живут. Все, идите с Ларком. А мне еще с дори Анникой разбираться.
Он тоскливо посмотрел на бумаги, разложенные на столе. Притихшие ребята покинули комнату, и Вероника осталась один на один с недовольным стражем.
— Простите, уважаемый… Не знаю Вашего имени, — тихо напомнила о себе Вероника. — Что-то не так с документами?
Начальник гарнизона взглянул на девушку, на бумаги, вздохнул и начал непростой для обоих разговор.
— Меня зовут дорт Родерик Линдроф. Честно скажу, в вашей ситуации абсолютно все не так. Начнем с того, что наш гарнизон — не лучшее место для юной девушки. Слышали уже, как его местные называют? «Гнилая поляна». И это название полностью оправдано. Я здесь уже лет шесть служу и, поверьте, всякого насмотрелся. Близость к Аконитовой долине постепенно съедает организм, и даже защитное зелье не спасает. Здесь живут и работают только те, кому и податься больше некуда. Долги, опала, неразрешимые проблемы — у каждого своя история.
— Странно, воздух показался мне таким чистым, да и зверья много, я следы видела. И грибы-ягоды растут.
— Вот-вот, аконит — это тихий убийца. Незаметно, исподволь он убивает нас, а мы не сразу и замечаем. Только потом уже поздно становится… И не думайте, что только магам так тяжело. Пустышек этот камень не меньше нашего отравляет. Лет по десять-пятнадцать выдерживают, а потом тихо уходят за Туманный край.
— А почему же вы им зелье защитное не даете? Если вам их как людей не жалко, то подумали бы о рабочей силе!
— Не судите о том, чего не знаете, дори Анника, — вспылил начальник гарнизона. — Специально с юга грецкий орех привозится и вымачивается в дополнительном витаминном растворе. Каждый месяц выдается мешок очищенных ядер с наказом всем без исключения съесть свою порцию. Корона заботится о своих подданных. В долине и старожилы есть, правда, мало совсем.
— Погодите, значит, Вилли с Лири и Миком обречены? Будут работать на добыче камня, травиться, терять здоровье, и умрут совсем молодыми? Вы что?! Как такое позволяете с ребятами делать? — Вероника в негодовании вскочила на ноги. — Почему вы не положите конец этому безобразию? Вы трус и негодяй!
Родерик Линдроф медленно поднялся из-за стола. Он оказался высоким, почти на две головы выше Ники. Уперев мощные кулаки в стол, тяжело посмотрел на девушку.
