В свое время Чултэм был правителем небольшого хошуна. Но в период автономной Монголии в боях против наступавших с юга китайских войск он прославился и был назначен в Улясутай.
Чултэм отлично понимал, что нужно в Монголии и китайцам и унгерновцам. Он одинаково ненавидел и тех и других.
- Мне все равно, какое будет в Монголии правительство, лишь бы моя страна была суверенным государством, - говорил этот смелый и любящий свою родину человек.
Именно по этой причине он всячески мешал работе Ванданова, видя в нем предателя родины. Более того, он уже отправил гонца к Временному народному правительству, прося срочной помощи.
- Я не могу прийти. Если ваш начальник хочет меня видеть, пусть явится ко мне, - заявил Чултэм посланцу Ванданова.
Получив такой ответ, Ванданов рассвирепел.
- Хорошо, я ему покажу, как надо выполнять мои приказы!
Вечером он послал к Чултэму десять офицеров. Они связали Чултэма и привезли его к Ванданову.
- Старый пес! Почему не явился ко мне по моему приказу? - закричал Ванданов.
- А ты не имеешь права командовать мной. Я правитель Улясутая, назначенный богдо-гэгэном, - с достоинством ответил Чултэм.
- Богдо-гэгэн... - Ванданов презрительно улыбнулся. - Сейчас командую здесь я и, как видишь, имею право не только вызывать, но и под конвоем к себе приводить.
- Это не потому, что ты силен. Просто мы по своей доверчивости допустили, чтобы на наши шеи сели такие, как ты, авантюристы.
- Я тебя расстреляю, - прошипел Ванданов.
- А что ты еще можешь сделать? - спокойно сказал Чултэм.
Ванданов понял, что этого человека не запугаешь и силой от него ничего не добьешься. Конечно, расстрелять его можно в два счета, но он был нужен. А кроме того, этот расстрел вызовет волнения среди монголов и тогда будет еще хуже.
- Вам что, жить надоело, что ли? Вы должны помочь мне в формировании армии, пригнать сюда необходимое мне число рекрутов, лошадей и доставить продукты питания. И тогда мы не только сохраним вашу жизнь, вы получите более высокий чин и титул, - уже мягко сказал Ванданов.
- Нет, жить мне не надоело, я на родной земле, ради которой работаю. Однако из страха потерять жизнь я не стану вместе с вами грабить свой народ и срамить свое имя.
- Вы ничего не понимаете! Нашего генерала Унгерна сам богдо-гэгэн благословил на поход против красных. Вы, наверное, забыли, что это мы вновь возвели вашего богдо на престол и сделали ваше государство независимым? Развяжите сановника! - приказал Ванданов адъютанту.
Чултэму развязали ноги.
- Ведь я не ребенок, зачем вы мне рассказываете сказки? Вы же политические банкроты и аферисты! - сказал Чултэм.
- Вы оскорбляете подданных русского царя!
- Какие вы подданные? Вашему царю надавали по шее! У вас нет родины! Вы - хлам истории, - крикнул Чултэм и вплотную подошел к Ванданову. Лицо Чултэма покраснело, он тяжело дышал.
Ванданов стал пятиться, потом остановился и истерически крикнул:
- Расстрелять!
В тот же вечер Чултэм был расстрелян.
Через несколько дней после этого события в Улясутай прибыл Магсаржав со своими сотнями. Ванданов его встретил с почетом.
- Благополучен ли был путь, великий полководец Халхи? - спросил Ванданов, беря под козырек.
Магсаржав, оглядев свиту Ванданова, приветливо улыбнулся.
- Приглашаю всех, господа, сегодня вечером присутствовать на перекличке моих сотен!
Магсаржав знал уже о самоуправстве Ванданова и расстреле Чултэма. Он твердо решил по прибытии в Улясутай арестовать Ванданова. Но сейчас сделать это он не мог: вся свита Ванданова была вооружена, и при аресте произошла бы стычка, а лишних жертв Магсаржав хотел избежать. Он решил арестовать Ванданова на перекличке.
Наступил вечер, сотни выстроились на поверку, все были уже предупреждены и только ждали сигнала своего командира.
На перекличку пришли офицеры Ванданова, но его самого не было. Магсаржав подозвал Хояга.
- Ванданов, видно, не явится, - сказал он командиру полусотни. - Возьми двух бойцов и доставь его во что бы то ни стало.
Началась перекличка. Белогвардейские офицеры с презрением смотрели на конников Хатан-батора.
- И эти безоружные хотят еще установить народную власть? - шепнул один офицер своему соседу. Он уже позабыл, что снаряженные лучшим английским, американским и японским оружием белые войска были разбиты сибирскими партизанами.
И тут по сигналу Магсаржава все офицеры были мгновенно схвачены.
А в это время Ванданов на рослом сером коне, сжимая в руке маузер, мчался к перевалу Танцын. Его по пятам преследовал Хояг с двумя бойцами.
Ванданов почувствовал, что Магсаржав не простит ему расстрела Чултэма, и решил бежать. Когда его офицеры поехали к Магсаржаву, он тайком вывел коня и помчался в Ургу. Но один конюх видел это и сказал Хоягу.
На ямщицких станциях, несмотря на то что Ванданов запугивал смотрителей, ему давали плохих коней, а Хоягу самых лучших. На Шротской уртонной станции Хояг догнал Ванданова и после короткой перестрелки задержал его.
На другой день Ванданов уже стоял перед Магсаржавом.
- Ты арестовал меня незаконно и за это будешь отвечать. Барон Унгерн тебя не погладит по головке, - нахально заявил Ванданов.
