Гуськом – она впереди, он сзади – они вышли на улицу. Когда повернули за угол, Марфа вдруг притормозила и взяла его под руку. Вид у нее был очень независимый, и Федор сразу понял, что она боится. Это нормально. После того что с ней случилось, другая неделю сидела бы под одеялом и дрожала от любого шороха. А эта хорохорится. Ему почему-то вдруг так жалко ее стало, что он даже запнулся на ровном месте.
– Ты чего?
– Камень не заметил, – хмуро ответил Федор и кашлянул.
У сквера Марфа остановилась и стала вертеть головой в поисках древней коробчонки, на которой ездила еще лягушонка. Неожиданно совсем рядом мигнули фары плоской красной машины. На капоте сверкнула желтая эмблема. Марфа присмотрелась. Так у нас бывшие зэки на «Феррари» ездят?
Она обернулась и с подозрением уставилась на соседа.
– Чего? – поднял тот брови. – Я всегда любил скоростные машины. Чтобы по земле летать, как по небу. Шесть лет друг ее для меня хранил.
Он открыл перед Марфой дверь, которая выскочила куда-то вверх – как крыло птицы встрепыхнулось, и захлопнул, когда она уселась.
Итак, мы катаемся на «Феррари». Какие еще сюрпризы будут?
Больше никаких сюрпризов не было. Он отвез ее в редакцию и проводил до самого входа. Сел и уехал. Даже не обернулся. Она смотрела из-за стекла и почему-то немного огорчилась.
Весь день она сидела за столом, стараясь не поворачиваться к коллегам щекой с ужасной нашлепкой, но через пару часов только ленивый не спросил, как ее угораздило.
Конечно, любопытно. То шишка на лбу, то рана под глазом.
– Упала, потеряла сознание, очнулась – фингал, – не моргнув глазом сообщала всем она, строча на компе статью про всякие городские неурядицы и думая о том, что вечером они с Федором поедут к Геркиной тетке, чтобы поподробнее разузнать у Юли про ее замечательных родственничков. Ну и навестить беглянку, конечно. Как она там? Радуется, что свободна, или, наоборот, жалеет, что сбежала?
Герки на месте не было. Каждые полчаса Марфа бегала узнать, не появился ли, и названивала на сотовый. Глухо. Ну и фиг с ним, решила она наконец. К тетке можно поехать и без него.
В середине дня зашел Тимоша и немного порадовал. Ее статьи о беспределе в Приозерске обратили на себя внимание.
– Прокуратура решила разобраться, в чем там дело. И не местная, а областная! Так что ездила ты все же не зря!
Марфа вдохновилась и застучала по клавишам веселее.
Когда позвонил Володя, до конца рабочего дня оставалось тридцать минут.
– Ты на работе, Зая? – весело спросил он. – Я сегодня пораньше вырвусь. Будешь ждать меня в уютном гнездышке?
Марфа почувствовала, как в горле сразу пересохло.
– Володенька, милый, прости, у меня сегодня как раз полная ж… Хорошо, если к ночи освобожусь.
– Как всегда нагрузили на того, кто везет?
– Ага.
– Жаль. Хороший был бы вечерок. – И добавил шепотом: – Зая, я соскучился дико.
– Я тоже.
– Смотри не перетрудись.
– Буду смотреть в оба.
Он засмеялся и отключился.
Ну не сволочь ли она? Отказалась встретиться с любимым человеком, чтобы прокатиться на «Феррари» с соседом?
А может, дело вовсе не в «Феррари» этом несчастном? А в чем? Они с Володей любят друг друга и к тому же представляют собой прекрасную пару! Они почти женаты, черт побери! И вот она врет напропалую своему жениху, чтобы провести вечер с бывшим зэком?
Со злости на себя она вскочила и побежала по коридору. Герка не появился. Ну и где он шляется, когда так ей нужен? Она побегала туда-сюда, вернулась, села и злобно уставилась в компьютер, словно он был виной всему.
Когда до назначенной встречи с соседом оставалось пять минут, в голову неожиданно пришла интересная мысль. Ей показалось или Володя на самом деле совершенно не огорчился, узнав, что они не встретятся?
В полном раздрае она спустилась вниз и через стекло увидела, что пресловутый «Феррари» красуется прямо перед крыльцом, на котором стайкой стоят девчонки из редакции и курят. Серебристый жеребец на ярко-желтом фоне логотипа, вздыбившись, поглядывает на всех с чувством неоспоримого превосходства.
Еще и выставился на всеобщее обозрение! Сразу видно, ему наплевать, что девушка будет скомпрометирована! Одним словом, зэк – он и в Африке зэк!
Злая как собака, она выскочила на крыльцо и, не глядя по сторонам, рванула к машине. Волынцев выскочил и распахнул дверь. Плюхнувшись на сиденье, Марфа пристегнулась и надулась.
– Прости. Понимаю, что вышло не очень дипломатично. Но это было единственное место, где можно было встать.
Ага! Так она и поверила!
Она молчала еще минут пятнадцать, а потом покосилась на совершенно спокойного Федора и сказала:
– Никто не знает, что мы приедем. У Герки целый день телефон недоступен.
– Мы же по делу, а не в гости. Если что, откажемся от чая с сушками.
Не удержавшись, Марфа улыбнулась и решила, что самоедством займется дома, а сейчас будет думать о деле.
Картина, которую они увидели, подъехав к дому Агнии Львовны, потрясла Марфу настолько, что она застыла перед калиткой, не веря своим глазам.
