Когда мы вернулись к столику, даже Ирина, посмотрев на нас, воздержалась от комментариев, лишь вздохнула тягостно и стала наливать в рюмки коньяк. Вскоре мы повторили к заказу еще по бутылке коньяка и шампанского, но алкоголь совсем не пьянил нас. Ирина, чтобы разрядить обстановку, и не дать нам с Лекой разрыдаться прямо за столиком, увлекла меня танцевать и рассказала об Ольге то, о чем та сама о себе стеснялась сказать, а потом, когда мы вернулись к столику, объявила:
– Вот ведь какие казусы, друзья, иногда случаются с нами в жизни. Начали мы наше знакомство в канаве, а заканчиваем его в «Интуристе», не выпить ли нам за это восхождение?!
– Это тост! – воскликнул Кондрат и стал наливать в бокалы девушек шампанское.
Наша официантка, ставшая невольной свидетельницей Иркиных слов, удивленно оглядела всех нас, затем покачав головой незаметно отошла.
Позже, ближе к полуночи, когда мы покидали ресторан, и я помогал Леке в раздевалке надеть пальто, она взяла мои руки своими маленькими ладошками и прижала к своей талии. И я ощутил еле заметную округлость ее живота, не замеченную мною прежде. Пока я держал ее так, долго не решаясь убрать руки, она подняла голову закрыв глаза и подставив губы для поцелуя. Минутой позже, когда мы вышли на улицу, я спросил ее:
– Лека, и как же теперь все будет? С тобой, с ребенком, с вами обоими? (Не решаясь спросить о главном – от кого ребенок, которого она носит под сердцем).
– Не волнуйся за нас, все будет хорошо, – не сколько услышал, сколько понял я по движению ее губ.
Кондрат задержался в фойе, а я тем временем усадил Ирку в такси, заплатил и отправил машину, а для Ольги, едущей в другую сторону, смог поймать лишь частника.
Поцеловав Леку в последний раз и осторожно усадив ее на заднее сиденье «жигуленка», я протянул водителю, молодому парню, десятку, и сказал, записывая номер его машины на спичечном коробке:
– Довезешь мою… эту девушку до самого дома аккуратно и не спеша, слышишь?!
– Да-да, конечно, – ответил он, удивленно поглядев на меня и добавил: – Не волнуйтесь, уважаемый, все будет в наилучшем виде.
Машина уехала, и я долго смотрел ей вслед, пока голос Кондрата, подошедшего сзади, не вернул меня к действительности:
– Идем, герой-насильник, или герой-любовник, уж не знаю, как тебя правильнее назвать. Я там, в ресторане, договорился с двумя девушками, они нас будут ждать в баре. Вернее, уже ждут, – поправился он, поглядев на часы.
198? год.
«Горячая Мэри».
Сборная ягодная настойка 50 мл.
Лимонный сок 15 мл.
Острая перчная приправа 2 капли.
Соль и перец по вкусу.
Шейкер, стакан, украсить дольками лимона.
Ты вечно встревожен, в поту, что в соку,
торопишься так, словно смерть уже рядом,
ты видно, зачат был на полном скаку
каким-то летящим в ночи конокрадом.
Я как раз закончил обслуживать очередного клиента, когда в бар вошел мой бывший напарник Саша Чумаков – высокий, импозантный, элегантно одетый, пахнущий французским парфюмом; через плечо модная кожаная сумка.
Он протянул мне для приветствия руку, затем попросил моего разрешения войти, открыл дверцу стойки и прошел в подсобку. Через минуту я последовал за ним.
– Вот я тебе тут немного сувениров привез, – радостно блестя глазами сказал он, указывая на полку шкафчика, где красовалась бутылка виски с яркими наклейками, плоская бутылка джина, банановый боллз, баночек пять финского пива и с десяток пачек сигарет, «Кемел,» «Мальборо» и мои любимые на тот период «Джон плаер спешл». – Чтобы витрину было чем дооформить.
Я улыбнулся, сказал «спасибо», шагнул к нему и мы обнялись.
– Я ведь не просто так зашел, – сказал Саша после того, как мы расспросили друг друга о самочувствии и о делах. – Я приехал, друг мой, пригласить тебя на свадьбу. – Глаза мои полезли на лоб. – Да-да, не удивляйся, я в Кишиневе нашел такую девку, – он поднес к губам и чмокнул два пальца, – обалдеть можно. К тому же целяк еще.
Потупив взгляд я усмехнулся: девственницы, насколько я знал, Сашу интересовали в последнюю очередь, так как он и с опытными женщинами имел в сексуальном плане немалые трудности, благодаря размеру своего члена, достойного книги Гинесса.
– Девка что надо, – продолжал Саша, – все при ней: и лицо и фигура, а главное – родственники у нее подходящие – в верхах обитаются, а дядя, так тот вообще в ЦК сидит.
– А-а, ну да, тогда конечно, – протянул я, стараясь ни лицом ни тоном не выказать усмешки. Я прекрасно знал, что Саша на обыкновенной женщине или же по любви никогда бы не женился.
– Я тебе что-то должен за сувениры, ведь ты растратился? – спросил я, кивая на полку.
– А, это? – Он махнул рукой. – Ерунда, забудь, мне это копейки стоило. В ЦК-вском магазине отоварился.
