– Налево, – мгновенно ответила Ирка.
– Тогда вперед! – сказал я, и они шмыгнули в здание, я еле успел поцеловать Ольгу на прощание. Однако незаметно проскользнуть в свою комнату моим девчонкам не удалось. Преподаватель, видимо, уловила движение у себя за спиной, и до меня донесся ее голос:
– Девушки, немедленно подойдите сюда! Ольга Ко… – Дальше фамилию я не расслышал, но хорошо понял, что это именно мою Оленьку она имеет в виду.
Настало время вмешаться. Не хватало Леке из-за меня проблем еще и с руководством университета. Я переступил через ступеньку и оказался внутри.
– Алевтина Борисовна! – сказал я громко и властно, увидев в нескольких шагах от себя высокую женщину в очках на вид лет 35 с тугим жгутом собранных наверх волос, она шагала по коридору мне навстречу.
Женщина замедлила шаг, подойдя ближе она остановилась.
– Да!?. – сказала она, близоруко вглядываясь в мое лицо, пытаясь, видимо, определить, знакома она со мной, или нет.
– Задержитесь на секундочку! – сказал я, добавляя в свой голос как можно больше металла, а левой рукой в это время у себя за спиной махнул девушкам, чтобы они уходили.
– Что вы?.. Кто вы, собственно? – спросила она, щурясь на меня сквозь свои очки с сильными диоптриями.
Я шагнул к ней.
– У меня к вам просьба… – начал я, еще не зная, как закончу это предложение. – Я очень прошу вас, не надо записывать этих девушек в опоздавшие…
Женщина смерила меня взглядом сверху вниз (на каблуках она была несколько выше меня), затем толкнула рукой ближайшую к ней дверь, на которой висела табличка «Завхоз». Пошарив за дверью рукой, она на ощупь извлекла на свет какой-то журнал, по-видимому, прямо у входа в комнату стоял стол.
– Чего вы от меня хотите? – строго спросила меня женщина, я шагнул к ней, и тогда она заслонилась от меня журналом, словно он мог защитить ее от неизвестного, возникшего из ночи.
– Я хочу, Алевтина Борисовна, – сказал я, забирая из ее рук журнал и мягко ладонью подталкивая женщину к приоткрытой двери полутемной комнаты, – чтобы в эту прекрасную ночь никто не был обижен.
Женщина не нашлась что сказать на это, а секундой позже мы оказались внутри помещения, где я быстро огляделся и понял, что кроме нас в нем никого нет. Правой рукой я положил журнал, который держал в руке, на стол, а левой взял женщину за кисть руки и легким движением вывернул ее так, что она оказалась ко мне спиной. Женщина, как ни странно, не закричала и не стала сопротивляться, и прежде чем она дернулась, я еще успел снять с нее очки, а в следующую секунду схватив ее обеими ладонями за грудь, прижал к себе. Собственно, я уже сам не соображал, что делаю, все происходило на одних инстинктах.
– Вы не посмеете!.. Я сейчас!.. – наконец пришла она в себя, пытаясь вырваться из моих рук. Без очков женщина выглядела растерянной и совсем не строгой, а наоборот, какой-то беззащитной. Я ладонью прикрыл ей рот и сказал строго:
– Не надо никаких слов, Алевтина!
Шагнув вместе с ней назад, как в танце, я закрыл дверь на защелку, затем мы шагнули вперед, теперь уже по направлению к кушетке, и Алевтина, увлекаемая мной, уселась на нее, затем, продолжая движение, опрокинулась навзничь. Я стал расстегивать на ней юбку, и женщина задышала учащенно, пытаясь выпрямиться и помешать мне, и тогда я сказал: «Давай, милочка, быстренько разоблачайся, у нас в городе проходит месячник борьбы с одеждой», после чего она неожиданно опустила руки и, прекратив всякое сопротивление, позволила снять с себя юбку. Когда я потянул с нее через голову легкий джемпер вместе с блузкой, она сделала еще одну попытку встать с кушетки, и ее крупные тяжелые груди в одно мгновение сами прыгнули мне в ладони.
Алевтина осталась совсем без одежды, глаза ее метали молнии, но она молчала! За эти короткие секунды я успел разглядеть, что преподавательница моей Ольги была довольно симпатичной еще женщиной с приятной фигурой, хотя она и оказалась голенастой, как школьница. Я наклонился, прильнул лицом к ложбинке между ее грудей, затем мои ладони скользнули от грудей вдоль всего тела под ее ягодицы, и я сразу, без промедления, повалился на нее, на ходу расстегивая брюки и через несколько мгновений почувствовал, как вошел в нее. Алевтина вздрогнула и напряглась – мне показалось, что она еле сдержала стон.
– Тс-с! Не будем мешать детям спать! – сказал я и начал ритмичные движения, с каждым разом все более энергичные. Минуты две-три женщина лежала неподвижно, затем задышала чаще и порывисто обхватила меня руками за плечи.
– Медленнее… медленнее… пожалуйста, – попросила она, запрокидывая голову назад.
– Не волнуйся, я не мальчик, – прошептал я, – я в этом деле тоже, можно сказать, доцент, у меня быстро не бывает.
Предыдущая постельная игра с Лекой вынуждала меня сдерживать себя, теперь же мне нечего было опасаться, не надо было жалеть партнершу, и всю свою нерастраченную в эту ночь энергию я направил на эту, совсем незнакомую мне женщину и отыгрался на ней сполна! Впрочем, надеюсь, без ущерба для нее.
