— Ханна Шепард, — представилась женщина, чуть прищурив глаза. — Я подобрала вас и доставила на Арктур. BB-5016 «Килиманджаро», помните?
— Ах, да! — воскликнула Илена, уверенно закивав. — Теперь припоминаю!
— Да неужели? — переспросила Даро, покачав головой. — Ты, правда, её помнишь?
— На самом деле помню! — стояла на своём Илена. — …в основном. Не по имени, но в лицо помню. У меня хорошая память на лица!
— Вы, должно быть, дочь Аннабель Шепард, — произнесла Даро'Ксен, почтительно склонив голову. Капитаны и старпомы кораблей всегда пользовались уважением у кварианцев — это было уже частью их культуры. Она повторила жест, теперь в отношении мужчины. — Капитан, я не хотела, чтобы мои недавние слова прозвучали грубо.
— Там у дверей доктор Вален, её вы знаете, а с ней Главнокомандующий в отставке, Брэдфорд, — Шепард указала на двух людей, которые, вроде бы, были тут самыми старшими. Хотя по любым человеческим стандартам никто из них не выглядел старше сорока.
— А там кто? — спросила Илена, глядя дальше, за спины Вален и Брэдфорда
— А это, должно быть, мой сын, — ответила Хана, а затем позвала громче: — Джон! Джонни, выйди и поздоровайся с дружелюбными пришельцами!
Молодой человеческий мужчина, намного меньше Бэна, медленно приблизился к собравшимся тут взрослым (и чужими). У него были чёрные волосы, а не более выделяющиеся рыжие как у матери, или каштановые, как у бабушки, глаза же оказались прозрачно-голубого цвета. Встав по стойке смирно, он отсалютовал.
— Поздравляю с повышением, бабуль, — произнёс он, и Аннабель повторила его жест.
— Поздравляю с зачислением в академию Хирон, это ведь заведение более чем престижное, — сказала она, заставив внука буквально засветиться от гордости. Затем указала на двух стоящих среди людей чужих. — Это Илена Таноптис и Даро'Ксен. Они останутся с нами на праздники.
— Здравствуй, молодой человек, — произнесла Илена, протягивая руку, как это принято у людей. — Как поживаешь?
— Просто отлично… — ответил маленький Джон Шепард, сцепив ладони за спиной. — Ведь мне придётся провести все каникулы с кучкой лунатиков.
— Именно так, тебе… Эй, это сейчас был сарказм?
— Нет.
— Хорошо. Погоди! Это точно был сарказм! И второй раз тоже! Два раза подряд! Да как ты смеешь, маленький…
— Руки убери, пришелец!
— Предположу, что он не слишком-то любит чужих? — спросила Даро'Ксен, обращаясь к его матери и бабушке.
— Не слишком, — ответила Ханна Шепард, хотя и с улыбкой.
— И вот та самая драма, которую тогда я и имела в виду, — добавила Анна Шепард, тяжко вздохнув
— Угадай, кто?
— О, — обернувшись, Илена скользнула взглядом по появившейся фигуре. — Капрал Чамберс!
— Единственная и неповторимая, — ответила Кэтти Чамберс, тепло улыбаясь.
Привычной чёрно-фиолетовой брони сейчас, конечно, не было. Взамен на ней было надето нечто очень похожее на обычную повседневную форму для сотрудников и рекрутов Затмения. На самом деле, это была слегка модифицированная и стилизованная под нормы азари человеческая одежда: в основном чёрного и белого цветов, чёрные ботинки и брюки, к которым справа и слева с внешней стороны бедра крепились до трёх белых карманов под разные мелочи. Их поддерживал пояс с петлями под различное оборудование и снаряжение. И наконец, практически обтягивающая рубашка, почти целиком чёрная, за исключением пары белых участков, тянущихся от пояса и выше по бокам, до подмышек.
Сейчас на капрале была форма в версии безрукавки, с несколькими тёмно-фиолетовыми включениями там, где у обычных рекрутов были бы золотые. Она уже несколько раз появлялась в этой униформе, так что Илена видела её не впервые, но странным казался сам «рабочий» наряд во время их отпуска. Хотя, как и Шепард, Чамберс летела налегке, только с одним рюкзаком. А значит, ей негде было взять настоящую повседневную, гражданскую человеческую одежду.
— Я шла… принять душ, — ответила Илена, слегка смутившись в присутствии человека. Заглянув за спину Кэтти, она попыталась убедиться, что больше тут никого нет.
В доме Шепардов на Марсе было несколько ванных, или как их тут называли, «ванных комнат». Дева азари обратила на это особое внимание, поскольку, когда дело касалось мытья, традиции людей и азари заметно различались. В домах азари была одна общая для всех ванная, удалённая от туалета. А у людей два этих помещениях находились буквально через стену… что, мягко говоря, очень странно. И, сказать по правде, немного мерзко.
Мылись азари отнюдь не только ради гигиены: это был способ влиться в общество. На Тессии было множество великолепных общественных бань, и там же часто вели дебаты или просто общались между собой. В бане, как нигде более, матриархи, матроны и девы могли чувствовать себя на равных. Вообще-то, это даже считалось знаком доверия и расположения, а так же и проявлением скромности, когда матриарх мыла щупальца кому-то из своих подчинённых. Это было место, где все различия в возрасте и богатстве, силе и влиянии, должности и звании — всё это исчезало в облаках пара, позволяя всем побыть просто азари.
