— Оружие в доках не действует… — Он попытался меня переубедить. Я не стал с ним спорить, а просто достал револьвер и выстрелил ему в ступню, превратив ту в месиво из раздробленных костей и разорванной плоти.
— Странно. — Произнес я. — Всё работает. Опять ты мне соврал. — Я подошел к серому и наклонился над ним. — Где корабль, гнида! Отвечай, или я откушу тебе твою пустую башку!
— Твой корабль конфискован. — Раздался сзади голос. — За нарушение правил.
— Каких правил?! — Удивился я, рассматривая гуманоида важного вида в окружении четырех охранников. — Мне было прямо сказано, что тут нет никаких правил.
— Неписаных правил. — Уточнил важный тип.
— Ах, неписаных. — Произнес я язвительным тоном. — А ты, значит, тут самый главный?
— Нет, но…
— Значит массовка нам ни к чему. — Перебил я его и перебил его охрану, но теперь в другом смысле этого слова.
— Ты что себе позволяешь?! — Выкрикнул он.
— Да я, вообще, что хочу, то и ворочу. — Заявил я, перезаряжая револьвер, пока Кира взяла на прицел напыщенного придурка. Стреляные гильзы я поместил на опустевшие места в патронташе. Нечего оставлять такие улики, а то еще прекратиться наша монополия на огнестрел. — А сейчас я хочу получить мой корабль обратно! И я его получу, даже если для этого мне придется разнести всю станцию.
Я приближался к гуманоиду, и стоило мне только выйти из коридорчика между двумя соседними доками на улицу, как по мне открыли огонь притаившиеся за углом вооруженные собратья главнюка. Пришлось убираться обратно и прижаться к стенке, прячась от огня, но шкуру мне всё-таки подпалили. На правом плече ожог овальной формы, с горелой шерстью по краям. Зацепило, хорошо хоть только вскользь. Ну, и еще руна защиты от огня помогла.
— Стой, скотина! — Прокричал я вслед гуманоиду, который не преминул воспользоваться суматохой, чтобы дать деру. — Гребаная цивилизация! Стоит только выбраться в свет, как нас пытаются обокрасть или убить.
Огонь неприятеля не прекращался, и стена заметно нагрелась, так что мне пришлось отползти от края, дабы не зажариться до хрустящей корочки. Никакого шанса проскочить, просто таки стена из плазмы, преграждает путь.
— Нужен отвлекающий маневр. — Пробормотал я себе под нос.
— Да легко. — Ответила Кира, работника станции, который все еще прятался за стойкой терминала, и выкинула его из коридора.
— Прекратить огонь! — Прозвучала запоздалая команда. Бедолаге-то уже все равно, от него только и осталось, что пара угольков.
— Рванули. — Послал я мысленную команду Кире.
И мы, собственно, рванули с места, по пути подхватив оружие охранников. Такой скорости враг от нас явно не ожидал, хоть по нам и открыли снова огонь, но противники сильно опаздывали, и их выстрелы попадали туда, где нас уже не было. Сами же они не могли похвастать такой подвижностью и были перебиты в течение нескольких секунд. Все, кроме одного, судя по отличающейся форме, офицера, рванувшего прочь от нас вдоль по опустевшей улице, на ходу баюкая руку, обожженную расплавившимся оружием. Наивный, думал, небось, что я целился в него, а попал в его плазмер. Но я специально оставил его в живых. Пусть проводит нас, а то сами мы не местные, дороги не знаем.
Мы дали ему оторваться от нас и, подобрав запасные батареи к плазмерам, двинулись, ведомые острым запахом страха, оставленным сбежавшим офицером. След уходил вглубь защищенного периметра, ощетинившегося стволами тяжелых орудий.
— Внутрь они не стреляют. — Сообщила Кира, внимательно осмотрев тяжелые турели.
— Тем лучше нам, и хуже им. — Сказал я, кровожадно оскалившись.
Мы подошли, как можно ближе, укрываясь от оборонительных систем за стенами станционных магазинчиков и забегаловок. А потом, петляя как пьяные зайцы, стремительным спринтом сократили дистанцию и прыжком, казавшимся мне ранее совершенно невозможным, перелетели через стену, еще в воздухе открывая огонь по скопившимся во дворе миникрепости бойцам местного авторитета.
Выстрел, другой, третий, приземление на спину одного из серых, сопровождающееся хрустом костей последнего. Во дворе турелей не было, а толпа гуманоидов скорее мешала сама себе, постоянно оказываясь на линии огня друг у друга. Последний выстрел в батарее ушел на серого, пытающегося с балкона прицелиться в Киру, после удар прикладом в голову слишком близко подошедшего бойца. Плазмер хоть и не предназначен для рукопашного боя, но приклад у него достаточно крепкий, по крайней мере, крепче, чем лбы у серых. Чего нельзя сказать о стволе, который остался в теле охранника, попытавшегося подойти ко мне со спины. Я бросил сломанное оружие, подобрал с земли другое и направился к входу в особняк. Снаружи живых, кроме нас, уже не было.
— Приятного аппетита. — Судя по окровавленной мордашке, Кира успела пустить в ход клыки. Точно, я разглядел среди лежащих во дворе тел несколько с разорванным горлом. А у одного даже откушена рука, которая сейчас торчит из задницы другого охранника. Тот был еще жив, но сейчас ему явно было не до нас. — А это еще зачем? — Спросил я, указывая на рукожопого.
— Он меня нехорошим словом обозвал. — Ответила она.
