— И каким же, интересно? — Поинтересовался я.
— Я не расслышала. — Кира пожала плечами и открыла дверь особняка.
Внутри было на удивление пусто. Неужели все охранники полегли во дворе? Мы шли по коридорам особняка, уставленным разнообразными предметами роскоши. Смешение разных стилей, принадлежащим, как я подозреваю, абсолютно не похожим расам, у каждой из которых своё представление о прекрасном, превращало особняк в образец ужасной безвкусицы. Ну, совершенно не гармонируют друг с другом золотая статуя, которую я сначала принял за унитаз, каменный истукан и картина, изображающая, судя по всему, сношение склизких клубков щупалец. Если денег до хрена, дизайнера бы нанял что ли.
— Отвратительно. — Кира была со мной солидарна в отношении вкуса хозяина особняка.
— Тогда, может быть, вы поможете мне обставить моё родовое гнездо? — Раздался ехидный голос из динамиков, скрытых где-то в стенах.
— Тебя сейчас должно волновать только дизайн собственного гроба. — Прокричал я. — Где мой корабль, тварь?!
— Зачем же так грубо? — Раздалось в ответ. — Поднимайтесь ко мне в кабинет, и мы все обсудим, как цивилизованные существа.
У меня уже аллергия на цивилизацию. Точнее, на её верных спутников — обман и предательство. Но мы в любом случае собирались повидаться с местным начальством. А тут оно само предлагает встречу.
— Здесь направо. — Раздался голос, когда мы поднялись на второй этаж. — Теперь налево.
Перед нами открылась дверь, и мы увидели кабинет, обставленный еще более отвратительно, чем остальной особняк, и сидящего за столом — явно принадлежавшем другой, более высокой, расе — ужасно толстого гуманоида. Он сидел на чем-то, чего не было видно под складками жира. Поскольку больше никого в кабинете не было, а хозяин поместья не был вооружен, мы смело вошли внутрь. За что и поплатились. Надо было пристрелить его сразу, а мы расслабились, завидев это жирное нечто, и спустившиеся с потолка механические руки защелкнули металлические ошейники на наших шеях.
— Ах, ты ж, сука! — Я потянулся за револьвером, но удар тока заставил все мышцы скрутиться в судорогах, и я повалился на пол.
— Теперь вы моя собственность, как и ваш корабль. — Нагло заявил серый.
— Ошибаешься! — Ответил я. — Я не твоя собственность, я твоя смерть!
Пока жирная туша колыхалась от смеха, я, отойдя от электрошока, нащупал пальцами под ошейником металлические контакты.
— Попробуешь снять — умрешь. — Туша заметила мои телодвижения.
— Хер тебе! — Мотнул я головой и пропустил между контактами, зажатыми в пальцах ток, на который эта поделка не была рассчитана.
Ошейник задымил и ощутимо нагрелся, в воздухе витал запах горелого пластика. Под ошалелым взглядом гуманоида я проделал то же самое с ошейником Киры, который она не преминула разорвать, сорвал свой.
— Тебе конец! — Прокричал я, отрывая руку с новым ошейником.
— Мы можем договориться. — Затрясся жирдяй.
— Не можем! — Я запрыгнул на стол перед ним. — Где мой корабль!
— Я скажу, скажу. — Затрясся он. — Но только если ты меня оставишь в живых!
— Нет! — Не согласился я. — Это предложение уже недействительно! Но я обещаю, что убью тебя быстро и безболезненно! Где?! — Рявкнул я ему прямо в лицо, даже несколько капель слюны брызнули на кожу гуманоида.
— Я не скажу! — С вызовом бросил он, изображая показную храбрость. О том, что она именно показная, говорил отвратный запах экскрементов, повисший в воздухе.
— Ты знаешь, что такое сало? — Спросил я его. — Нет? Я расскажу. Сало это такой деликатес, что древний народ, именуемый Хохлами, получали из свиней. Это такие жирные существа очень похожие на тебя. Первым делом, их забивают, но этот момент мы пропустим и перейдем сразу к опаливанию шкуры. Кира, ты мне не поможешь?
Кира подошла ближе к туше, ободряюще улыбнувшись ей, и струя пламени, вырвавшаяся из её ладони, обожгла кожу серого. Теперь к и без того неприятному амбре добавились и нотки паленой шкуры, а уж какой раздался визг! Уши свернулись в трубочку, причем в прямом смысле, ибо так чуть-чуть тише.
— Я закончила! — Сказала Кира, и я смог вернутся к экскурсу в народную кухню Украины.
— Вторым пунктом идет разделка туши. — Сказал я и провел когтем по телу вора, оставив глубокую царапину, кровь из которой тотчас же залила пузо серого. — Надо выбрать самые вкусные куски. — Продолжал я экзекуцию. — А потом их засолить. — Соли рядом не было, но я схватил со стола пузырек с каким-то порошком и высыпал его в рану.
— Я скажу, скажу… — Смог сказать гуманоид, как только перестал кричать. — Док просто сместился на уровень ниже!
— Вот, и стоило изображать героя? — Спросил я и выстрелом из плазмера поставил точку в нашей беседе.
— Стой! — Не дала мне Кира выйти из кабинета. — А сало?
— Брось. — Махнул я рукой. — Он же не выхолощенный, вонять будет.
